Фрист стоял в кабинете и с отсутствующим видом смотрел в окно. Ника подошла и осторожно взяла его за плечо.
Фрист посмотрел на нее равнодушным взглядом.
-А, это ты, - сказал он безо всякого выражения и вновь повернулся к окну. Там вдали сияли небоскребы Центра, а за ними угадывался силуэт Замка.
-Забавно, не правда ли? - отстраненно произнес Фрист. - Мы ненавидим их за то, что они все решили за нас и лишили возможности выбирать. Но сами до смерти пугаемся, когда оказываемся перед необходимостью выбирать.
-Просто у нас мало опыта в этом деле, - ответила Ника. - Фрист, мне нужно с тобой поговорить.
- На счет Тау?
-Да, на счет Тау... - Ника сделала глубокий вздох. - Нет, про меня.
Фрист вновь посмотрел на нее.
-Послушай, ты искал Красную Чуму. Это я.
Фрист никак не отреагировал на это заявление.
-Не веришь, спроси Айса, - продолжила Ника. - У него есть доказательства. Просто Тау просил его ничего не говорить.
-И он послушался, - саркастически заметил Фрист.
-Айс - настоящий самурай. - с презрением в голосе пояснила Ника. - Во всем. Разве что с мальчиками не спит... А Тау ему прямо сказал, его драка с тобой - это не дурь, а такой способ харакири.
Фрист задумчиво подергал себя за длинный хвост белых волос, затем кивнул.
-Понимаю. Это очень по-японски - считать, что самоубийство предаст вес твоим словам... но зачем ты это мне теперь рассказываешь?
-Просто я хочу... - Ника улыбнулась уголками рта. - Просто я хочу, чтобы ты меня убил.
Фрист хмыкнул и уселся на подоконник.
-Тебе известна цитата про вожжи и конюшню? - спросил он.
-Нет, что ты имеешь виду?
Фрист долго смотрел куда-то сквозь ее, а потом сказал:
-Неважно. Забудь. Я не буду тебя убивать.
-Фрист, - сказала Ника, - Ты знаешь кто я? Я - убийца. Я не знаю, скольких я прикончила, давно сбилась со счета. Некоторых я убила из-за денег, а кого-то просто ради удовольствия. У меня нет родственников и близких, и если ты меня прикончишь, никто не заплачет. Наоборот, многие скажут тебе спасибо.
-А тебе это зачем? - тихо спросил Фрист.
Ника тоже уселась на подоконник, на дальний от Фриста край, и прислонилась к оконному косяку.
-Ты задаешь сложные вопросы, - произнесла она. - Просто я так больше не могу. Все что я умею - это убивать, и еще ненавидеть. Всю свою жизнь я убиваю, гублю и разрушаю все, что вижу, все до чего могу дотянуться. Я ненавижу людей за их серость, за их мелочность и ничтожность. Черт, я их всех просто ненавижу! Разве для ненависти нужна причина?
Она замолчала, ожидая, что Фрист что-нибудь скажет. Но он молчал. Молчал и смотрел на нее.
-Я даже себя ненавижу, - произнесла Ника, - за то, что я - одна из них. И я всю жизнь из кожи лезла, чтобы от них отличаться. Я мстила людям за то, что родилась одной из них. Глупо, правда? Но больше я так не могу... Остался только один человек, которого я хочу убить -я сама.
-Почему ты обратилась ко мне?
-Я хочу умереть в бою. К кому мне еще идти? Да, еще есть Айс... Но понимаешь, Фрист, Айс - ходячий мертвец, аппарат для махания катаной... Если кого-то в этом городе я и уважаю, то это тебя...
-Зря, - внезапно произнес Фрист. Ника с удивлением уставилась на него. - Полагаю, я представляюсь тебе своего рода благородным рыцарем. Это далеко не так. На самом деле, с человеческой точки зрения, я куда хуже того же Айса или всех тех, кто сейчас веселится этажом ниже. После инцидента с Тау я окончательно разобрался в себе.
Фрист усмехнулся.
-Это не рефлексия. Я действительно так думаю, и это нисколько меня не угнетает. Да, мне доставляет удовольствие изображать доброту и благородство. Но на самом деле я руководствуюсь только собственными желаниями и ничем больше. Кто-то собирает, марки, кто-то копит деньги, а я коллекционирую людей. Да, такая у меня коллекция. Айс, Ванесса и ты. И еще другие, с которыми ты незнакома. Иногда мне оставляет удовольствие играть в ваши человеческие взаимоотношения. Но только до определенного момента.
Фрист печально улыбнулся.
-Но когда мне все надоедает, я могу сломать игрушку. Тау мне это ясно показал. Как только меня действительно припрут к стенке, я тут же сбрасываю маску. Думаю, я все же мог бы сделать так, чтобы он остался жив. Но мне не удалось даже захотеть этого... По большому счету, мне наплевать на всех, кроме самого себя. Когда-то давно я, сам того не заметив, перешагнул границу человечности и с тех пор иду своим путем, удаляясь все дальше. И я без жалости сметаю все, что стоит на моем пути...
Фрист хищно оскалился.
-И мне совершенно безразлично скольких ты убила, и с какой жестокостью. И мне нет дела до того, что по всем законам ты заслуживаешь кары. С моей точки зрения, это только увеличивает ценность экспоната в моей коллекции. А никакое мнение, кроме моего собственного, мне не интересно, - он соскочил на пол. - Так что я не собираюсь тебя убивать, извини. Я бы хотел, чтобы ты прожила подольше. Даже если десяток-другой людей заплатят за это своими жизнями. Но, в конце концов, ты всегда можешь просто вызвать меня. Поскольку я не ценю ничью жизнь кроме собственной, скорей всего один из нас обязательно погибнет.
Ника не ответила. Она окликнула его, когда он уже начал спускаться по лестнице.
-Эй Фрист, тебе не бывает одиноко?
Он обернулся. Его лицо исказилось в кривой ухмылке.
-Только люди страдают от одиночества.
Глава третья Нашествие варваров
На поляне было неожиданно людно. Фрист насчитал семерых, не считая его самого и Воида, возлежавшего на ветви любимой яблони. Слева от Воида какой-то невысокий, худой и небритый парень в белом костюме лениво выполнял некое мудреное упражнение с дзянем. Когда незнакомец во время своего упражнения повернулся к Фристу, тот обратил внимание на черную повязку на правом глазу фехтовальщика.
Под деревом, прислонившись к стволу и подтянув к себе одну ногу, сидел некто в черном плаще, из-под которого виделись металлические носы модных высоких ботинок. Левая рука, облаченная в наручень и латную перчатку, лежала на рукояти длинного обоюдоострого меча. Волосы субъекта были уложены на прямой пробор и выкрашены в алый цвет. Фрист даже после пристального разглядывания, так и не определил парень это или все-таки девушка.
А вот тот, кто удобно разлегся на траве, используя в качестве подушки ногу красноволосого андрогина, явно принадлежал к мужскому роду, хотя золотые серьги, роскошное ожерелье с синем камнем в центре и обилие косметики на лице могли бы заставить усомнниться в этом. Фрист прищурился и разглядел за широкими рукавами белой шелковой рубахи нечто подозрительно напоминающее ножны для метательных ножей и выкидные лезвия, прячущиеся в подошвах ботинок. Женоподобный парень игрался с теэсэном, то рывком раскрывая его, то складывая ударом о бедро.
На краю поляны, опершись спиной о дерево, стоял еще один персонаж неопределенного пола - худое тело под длинным белым плащом и лишенное всякого выражения лицо, обрамленное фиолетовыми волосами. Руки в черных перчатках покоились на рукоятях двух одинаковых мечей, висящих слева и справа на поясе. И этот же персонаж сидел рядом на траве. Точнее не он, а его точная копия.