- Я его где-то потерял, зачем он мне? Поле я снял… А что, с помощью этого кода можно защитное поле обратно восстановить?
- Конечно! Где ты его потерял?
- Не знаю, еще давно, когда в Лендон входили. Там на меня какой-то сильный эмпат напал, потом гладеры налетели, стрелять и бомбить начали, еле вырвались из-под обстрела. Вот тогда и потерял.
- Так это был ты?!
- Наверное я… А вы откуда знаете? Ох ты! Так эмпат что, мангейстерец?
- Да, он здесь сейчас в элитном квартале. Ты его хорошо потрепал, выжег один уровень, Пьерро теперь боится нос высунуть, тебя встретить.
- А он какого уровня?
- Теперь, как и я, третьего.
- Этот Пьерро действовал на несколько километров.
- Да, он был очень сильным эмпатом, знающие люди говорили, что и до пятого уровня мог дорасти, подошел к самому порогу. Только теперь это в прошлом.
- А вы, дядя, на какое расстояние способны дотянуться?
- Чуть больше ста метров.
- А как Пьерро так далеко удалось?
- Редкий случай, сильный эмпат. А как удалось? Эмпаты не делятся своими знаниями.
- Понятно. В каком доме он ночует?
Глава 26
Задав дяде еще ряд вопросов, которые помогли мне лучше понять ситуацию, сложившуюся в городе и в самом квартале, я после некоторого колебания вошел с ним в контакт. Нелегко это сделать и вовсе не из-за возможностей дара, здесь как раз проблем у меня не было. Но слиться с таким человеком, как дядя Эвин, ощутить все его потаенные мысли, приняв их как свои собственные, для этого нужно иметь сильную волю. И слился-то я буквально совсем ничего, только бы вырезать из дядиной памяти полученную им информацию о моем шестом уровне дара, но все равно меня долго бил отходняк – настолько все было противно.
Уходя из дома, дядю я расковал, теперь смысла в наручниках нет. Эвин очнется еще не скоро, помнить, что произошло этим вечером, не будет, скованные руки не нужны. Кузен тоже ничего не вспомнит. А вот насчет водителя имел сомнения. Его я брал под простой контроль, никак не сливаясь, а потом просто ментально оглушил. Вспомнит, когда очнется, про меня или нет? А хоть и забудет, есть еще и охранник.
Про него я вспомнил, когда уже подбирался к дому, где должен остаться на ночевку эмпат Пьерро. Не возвращаться же? А если и так, то что я могу сделать с охранником, чтобы тот, когда очнется, не поделился информацией о появлении Рики Шрадера? Не убивать же человека? Слиться с ним, выжигая тем самым вредную для меня информацию, тоже не смогу. Как войдешь в контакт, если человек лежит без сознания? А никак!
Значит, как только родственнички начнут приходить в себя, им тотчас же доложат о появлении пропавшего родича. Вошел тот в дом, а потом информационная темнота, в том числе и для Шрадеров. Догадаются, из-за чего все это? Могут. Хотя нет. Ведь дядя сказал, что слияние соответствует шестому уровню, практически недостижимому. Каким бы Эвин ни был хитроумным, ему ни в жизнь не догадаться об истинных причинах провала памяти. Потом, конечно, все выплывет, но я к тому времени должен начать выполнять поставленные перед собой задачи. А поэтому вперед, не оглядываясь назад! Хотя, фигурально говоря, я на самом деле, направляясь к дому мангейстерского эмпата Пьерро, очень даже оглядывался, дополняя визуальные наблюдения ментальными.
А вот и тот самый дом. Здесь до войны жил другой лендонский эмпат четвертого уровня – Оскар. Значит, дядя Эвин и Пьерро поделили дома лучших местных эмпатов. Но они третьего уровня, а те были посильнее. Хотя, как сказать. Дядя, хоть и третьеуровневый, но в Лендоне среди других таких же эмпатов считался лучшим, говорили, что и до четвертого уровня Эвин еще может дорасти. Льстили, конечно, но все равно дядя был хорошим эмпатом.
Мангейстерец Пьерро до недавнего времени имел четвертый уровень, и был он как бы ни одним из самых сильных четвериков Колумба. Я в этом убедился. До сих пор в желудке нехорошо, как вспоминается о нашей первой встрече. Действительно, силен! Я сравнил Пьерро с брамингеймцем Инцо. Тот тоже раньше имел четвертый уровень, причем не из слабых. Так ясно, что Пьерро лучше. Но теперь оба чужих эмпата после близкого ментального знакомства со мной скатились до третьего уровня.