Эверард перевел бинокль на экспедицию. Монголы растянулись по равнине длинной цепью, более или менее следуя течению реки. Примерно семьдесят человек на косматых, караковой масти, коротконогих, длинноголовых азиатских лошадях. Они вели в поводу вьючных животных и сменных лошадей. Эверард сразу приметил несколько туземных проводников: не только по лицу и одежде, но и по тому, как они неуклюже держались в седле. Потом он вновь принялся тщательно изучать монголов.
— Что-то больно много вьючных беременных кобыл, — пробормотал он себе под нос. — Видимо, они перевезли на кораблях, столько лошадей, сколько смогли, выпуская их прогуляться и попастись на каждой остановке, а сейчас решили увеличить поголовье. Да, эти пони достаточно выносливы и могут перенести все тяготы пути.
— Те, кто остался у кораблей, тоже занимаются разведением лошадей, — сообщил Сандовал. — Видел собственными глазами.
— Что ты еще о них знаешь?
— Практически ничего. О записи, которая хранится в архиве Хубилая, я тебе уже говорил. Если помнишь, там мимоходом упоминается о четырех кораблях под командованием нойона Токтая и ученого Ли Дай-цзуна, посланных для исследования островов, лежащих за Японией.
Эверард рассеянно кивнул. Незачем сидеть сложа руки и в сотый раз повторять одно и то же. Он просто оттягивал тот момент, когда от слов пора было переходить к делу.
Сандовал откашлялся.
— Может, все-таки я пойду один? — спросил он. — Мало ли что взбредет им в голову?
— Жаждешь увенчать себя лаврами героя? Ну нет, лучше вместе. К тому же я не жду никаких неприятностей. По крайней мере в начале. Эти ребята достаточно умны, чтобы ни с того, ни с сего наживать врагов. Ведь они завели хорошие отношения с индейцами, ты же видишь. А мы для них вообще величина неизвестная… Но от рюмки на дорожку я не откажусь.
— И я тоже. Ладно, давай!
Они вынули из седельных сумок фляжки, примерно на полгаллона каждая, поднесли их к губам и сделали по глотку. Шотландское виски обожгло Эверарду горло, огнем прокатилось по жилам. Он окрикнул лошадь и поскакал вниз по склону холма. Сандовал последовал его примеру.
Послышался резкий свист. Их заметили. Все так же неторопливо они продолжали ехать к выстроившимся в линию монголам… Несколько всадников приблизились к ним с двух сторон, натянув стрелы на тетивах коротких мощных луков, но не стали останавливать.
«Наверное, мы выглядим достаточно безопасными», — подумал Эверард.
На нем, как и на Сандовале, была одежда двадцатого века: охотничий жакет, защищающий от сильного ветра, широкополая шляпа от дождя; но индеец выглядел куда более элегантно в специально изготовленном «Аберкромби и Фичем» национальном костюме навахо. У обоих патрульных висели на поясе кинжалы напоказ, а также маузеры и станнеры тридцатого века, на тот случай, если дело дойдет до потасовки.
Дисциплиной монголы отличались безукоризненной: отряд остановился, как один человек. Подъезжая, Эверард пристально наблюдал за ними. Примерно за час до отправки в прошлое, он прошел курс полного гипнообучения, включая языки, историю, уровень технологии, манеры и моральные принципы монголов, китайцев и даже местных индейцев. Но он впервые видел их так близко.
Монголы не отличались особой импозантностью: коренастые, кривоногие, с жиденькими бороденками и плоскими широкими лицами, смазанными жиром и сверкающими на солнце. Все они были прекрасно обмундированы: сапоги, брюки, покрытые тонкими кожаными пластинками кирасы с лаковым орнаментом, конические стальные шлемы с костылем или плюмажем наверху. Вооружение составляли кривые сабли, кинжалы, копья и луки самых разнообразных размеров. Один из монголов, стоявший почти в самом начале отряда, нес штандарт из позолоченных хвостов яка. Они наблюдали за приближением патрульных своими узкими, ничего не выражающими глазами.
Их начальника легко было узнать. Он ехал в повозке, и разодранный шелковый плащ раздувался от ветра за его спиной. Он был крупнее своих воинов, с рыжей бородой, почти римским носом, и еще более жестоким выражением лица. Проводник-туземец рядом с ним вскрикнул и отпрянул назад, но нойон Токтай продолжал свой путь, глядя на Эверарда немигающим кровожадным взором.
— Я приветствую незнакомцев! — громким голосом произнес он, когда вновь прибывшие остановились в нескольких шагах от него. — Какие духи привели вас к нам?
Эверард ответил на лающем, но безукоризненном монгольском: