Поездом, отходившим в Ан в два часа двадцать одну минуту пополудни, репортеры покинули Бакбук так же неожиданно, как они утром того же дня в нем появились. Вследствие этого автору настоящего повествования приходится при описании драматических событий, разыгравшихся в Бакбуке во второй половине воскресенья третьего сентября, воспользоваться только тем, что ему стало известно из уст госпожи Гарго, аптекаря Бамболи и нескольких других горожан города, пожелавших остаться неизвестными.
Насколько можно представить себе на основании этих скудных сведений, дальнейший ход событий рисуется приблизительно так.
Доктор Попф, развешивая свои извещения, добрался в конце концов до центрального городского сквера. На некотором расстоянии от него следовал кругленький, с прической бобриком, молодой человек, как оказалось впоследствии, младший сын мясника Фригия Бероиме. Он красным карандашом аккуратно зачеркивал отдельные слова в каждом извещении и дописывал новые. В результате получалось:
НЕ ЗАБУДЬТЕ!
Седьмого сентября доктор Попф начинает инъекции эликсира САТАНЫ. Приводите с собой телку, поросенка или ягненка, через несколько дней вы станете владельцем ДЬЯВОЛЬСКОЙ коровы, свиньи или взрослой овцы
Не забудьте: седьмого сентября!
Приходите и убеждайтесь
Доктор Попф – СЛУГА САТАНЫ
В сквере доктор Попф застал множество народа, собравшегося соединить приятное с полезным.
До проповеди еще оставалось минут двадцать. Сквер был переполнен, все скамейки были заняты, аллеи были загружены горожанами, на все лады обсуждавшими сенсацию, которой жил город. При приближении доктора Попфа они замолкали и бесцеремонно пялили на него глаза с самодовольным любопытством здоровых и равнодушных людей, наблюдающих за движениями смертельно больного. Попф понимал: разговор шел о нем и продолжится, лишь только он скроется за поворотом аллеи. Он решительными шагами приблизился к кучке обывателей, сгрудившихся вокруг какого-то оратора. Ему хотелось, чтобы к нему обратились с расспросами, чтобы его любым, пусть даже самым оскорбительным способом втянули в спор, и он тогда все им рассказал бы про эликсир, разъяснил бы, какое благополучие этот эликсир несет народу. Но лишь доктор Попф приблизился, все замолкли и разошлись. Он остался один, молча направился к другой кучке, и снова повторилась та же история. Он понимал, что лучше всего ему было бы уйти, вернуться домой. Но он не мог заставить себя сделать это, – ему это казалось капитуляцией, признаком слабости, трусости. Он хотел показать, что нисколько не взволнован, что он спокоен, как всегда, и пришел сюда исключительно из любопытства.
Он нашел свободное место на скамейке, безразлично улыбаясь, уселся – и скамейка сразу опустела: его чурались, как прокаженного.
Так, сидя в одиночестве, он услышал, как из радиорупора на всю округу раздался высокий тенор отца Франциска:
– Во имя Отца и Сына и Святого Духа!.. Дорогие братья и сестры во Христе! Поговорим о сатане и слугах его, рассеянных среди нас…
И сразу сотни глаз с жестоким любопытством обернулись в сторону Попфа, который изо всех сил старался сохранить на своем лице выражение скучающего любопытства.
– …Поищем, дорогие мои братья и сестры, нет ли среди нас человека, которого сатана ведет за руку по смертельным кручам высокомерия и тщеславия!..
К Попфу подсел высокий сероглазый человек лет тридцати пяти, с умным и сердитым лицом. Он вынул из кармана своего потертого пиджака дешевый никелированный портсигар, раскрыл его и обратился к Попфу:
– Прошу!
Попф механически взял предложенную сигарету, посмотрел на нее с удивлением и вернул, промолвив:
– Благодарю вас, сударь, я не курю.
Незнакомец принял обратно сигарету, положил ее в портсигар, а сам закурил свою и, выпустив несколько колечек голубоватого дыма, проворчал:
– Четырнадцатый век, не правда ли?
Попф глянул на него. Незнакомец был не на шутку взбешен.
– Похоже, – ответил ему Попф. – Радиофицированное средневековье.
– Остается только, чтобы вас сожгли на костре из ультрафиолетовых лучей… или привязали за ноги к двум самолетам… – подхватил незнакомец и зло усмехнулся. – Анейро! – буркнул он после короткого молчания и протянул Попфу руку.