Свидетель господин Буко Сус:
«Моя фамилия Сус, имя Буко. Число исполнившихся лет – пятьдесят два. Вероисповедание – католическое. Женат. Имею дочь двадцати девяти лет, проживающую при мне. Уроженец города Тубероза. В Бакбуке проживаю три с половиной года. По профессии маклер и частный ходатай по судебным делам. Под судом был дважды. Оба раза оправдан по недостатку улик.
По существу дела о покушении на Манхема Бероиме имею сообщить следующее: с пострадавшим лично не знаком, но неоднократно слыхал отзывы о нем, как о в высшей степени приличном, воспитанном и жизнерадостном молодом человеке. Ни с доктором Попфом, ни с господином Санхо Анейро не знаком. С членами семьи пострадавшего познакомился сегодня в доме доктора Лойза.
Сегодня же днем я впервые увидел пострадавшего в Центральном сквере и был свидетелем того, как доктор Попф пытался его задушить. Слышал я также и слова Санхо Анейро: «То, что он заслужил, от него не уйдет». Сего числа, около сорока минут десятого, возвращаясь по улице Всех Святых из ресторана «Золотое руно», который я изредка посещаю, я в темноте наткнулся на валявшегося в бессознательном состоянии Манхема Бероиме. Метрах в ста слышались чьи-то быстро удалявшиеся шаги. Однако я не решился броситься за неизвестным или неизвестными в погоню, так как боялся, что пострадавший может истечь кровью. При помощи выбежавших на мой крик жителей ближайших домов мне удалось немедленно доставить раненого к доктору Лойзу, который и оказал ему срочную медицинскую помощь…
Больше к своим показаниям ничего добавить не могу».
Пришедший поздно ночью в сознание Манхем Бероиме сообщил бессменно дежурившему у его изголовья следователю, что за несколько мгновений до того, как ему были нанесены ранения, он услышал за своей спиной чьи-то осторожные шаги, и неизвестный голос громким шепотом произнес:
– Не медлите, доктор. Кто-то идет!
Глава тринадцатая
из которой читатель может узнать о дальнейшей судьбе Аврелия Падреле
Пятого сентября под вечер Падреле-младший вернулся из Города Больших Жаб в Бакбук.
Уже на вокзале на него обрушилось известие об аресте Попфа. От аптекаря Бамболи, к которому он обратился как к ближайшему соседу доктора, он узнал некоторые подробности того, что произошло в богатое событиями воскресенье третьего сентября. Приходится отметить, что оба они, и аптекарь, и Падреле, сохранивший в тайне свою фамилию и знакомство с доктором Попфом, произвели друг на друга самое неважное впечатление. Особенно не по душе показалось скромнейшему Моргу Бамболи высокомерие приезжего незнакомца и сквозившее в каждой фразе презрение не только к своему предупредительному собеседнику, но и к самому Попфу. К тому же Аврелий Падреле не считал нужным скрывать, что он отнюдь не убежден в невиновности доктора.
– Это чертовски самоуверенный и неуравновешенный человек, – сказал он. – Такой человек в припадке гнева способен на все.
– Даже сжечь свой дом с лабораторией и всеми своими научными записями?! – негодующе воскликнул Бамболи.
При этих словах Аврелию Падреле вдруг стало дурно. Он рухнул на пол и очнулся только тогда, когда перепугавшийся аптекарь ткнул ему под нос объемистую бутыль с нашатырным спиртом.
Господин Бамболи помог Аврелию подняться на ноги и усадил на стул.
– Со всеми записями? – переспросил Падреле. – Вы уверены, что все его записи тоже сгорели? Может быть, их успела забрать полиция?
– Она прибыла после пожарной команды, а уже пожарной команде, собственно, нечего было делать.
– Так-так-так! – лихорадочно бормотал Падреле, глядя сквозь Бамболи, словно тот был стеклянной деталью аптекарского оборудования. Он зажал свои большие гладкие ладони между стиснутых колен и, монотонно раскачиваясь, повторял: – Так-так-так! Так-так-так!
Бамболи с недоумением смотрел на своего странного, неприятного гостя. Кто он такой? Почему он так спокойно относится к трагической судьбе несчастного доктора и так близко принял к сердцу известие о гибели его записей? Выпустят доктора из заключения, и он отлично восстановит свои записи. Главное, чтобы его оправдали от этих чудовищных обвинений и выпустили на волю. Аптекарь молчал.
Но вот незнакомец перестал раскачиваться. Он спросил:
– А вы не знаете, где мне найти госпожу Попф?
– Возможно, у госпожи Гарго, – поспешно ответил Бамболи. – Если только она уже не уехала… Она собиралась сегодня же уехать к родителям…