Но Шуня как будто и не замечал этих трудностей, он никогда не жаловался на свою работу. Вообще Шуня был позитивным веселым парнем. На вид ему было где-то 20 - 21 год. Комплекцией он был худой, но жилистый ростом где-то 175 сантиметров. У него был коротенький светлый волос и светлые серо-голубые глаза. Одевался Шуня преимущественно в спортивную одежду, предпочитая майки и футболки, которые выгодно открывали его мускулистые жилистые руки и плечи.
В общении со взрослыми Шуня был вежливый и учтивый парень. Но, общаясь со своими сверстниками, юноша позволял себе вольности. У него был хороший телефон с сенсорным экраном. Это был корейский смартфон, который Шуня взял с рук за 15 тысяч рублей. Санитар скачал себе на телефон ватсап, в котором теперь сидел каждую свободную минутку. Он организовал группу, в которой был админом. То есть Шуня мог кого-то пригласить в группу, а кого-то и удалить, если ему что-то не понравится. В группе общались с помощью голосового чата, и это было очень удобно. Кто-то что-то говорил в телефон, а другие прослушивали сообщение, когда им это было удобно. Если было желание, то на сообщение отвечали подобным образом. В итоге, когда санитар выходил на перекур и включал полученные голосовые сообщения, у него набиралась приличная говорильня. В группе у Шуни были молодые девушки и парни. Их общение проходило приблизительно таким образом:
- Привет, Оксана, - говорил Шуня первым в телефон. - Я только сейчас заметил, что ты в чате.
- Старая жаба. Стаарая. Ты стааараая жааабааа.
- Рыжий, ты совсем охринел? - приходило ответное сообщение от какой-то девушки.
На это сообщение Шуня отвечал не менее дерзко:
- Какой я тебе рыжий? Ты лупатая! Теперь я буду называть тебя Лупатая!
- Шуня, учись манерам!
- Шуня дрыщ, научился только фотать себя! У меня фоток Шуни больше, чем фоток других.
И действительно, Шуня при каждом удобном случае фоткал себя телефоном и тут же сбрасывал фото в группу, где все могли наблюдать его физиономию или другие части тела. Особенно юноша любил выставлять напоказ идеальный пресс с накачанными кубиками. Шуня хамил, оскорблял, придумывал клички участникам группы и все сходило ему с рук. Он матерился и подкалывал других, поносил по чем зря всех, кто ему не нравился. За такое поведение парень должен был давно уже получить по лицу, но этого не происходило. Когда один участник группы стал хамить Шуне в ответ и даже угрожать, юноша сделал следующее голосовое сообщение в своем чате:
- Участник Дмитрий Манеев исключен из группы за неуважение к администратору.
Шуня удалил неугодного парня и дальше продолжил издеваться над другими участниками группы. Санитар хорошо устроился, подумал Алекс. Но почему участники группы терпят хамство обнаглевшего администратора? Алекс давно бы уже покинул эту группу. Но голосовые сообщения текли к Шуне на телефон нескончаемым потоком. Парни издевались над девчонками, а девчонки хамили в ответ, упражняясь в язвительности и оскорблениях.
Шуня вырос в детдоме. Родители у него алкоголики. Отец умер от пьянки, а мать где-то пропала 4 года назад. Санитар думает, что и она скорей всего уже умерла от бесконечного пьянства. Обо всем об этом Алекс узнал во время перекура, подсев на лавочку к юноше на улице возле морга.
- Да и для нее же это было бы лучше, если бы она умерла, - зло поделился Шуня с интерном. - Если бы она сейчас появилась в моей жизни, я бы сам ее убил.
Для Алекса странно было слышать такие слова, потому что по своей умершей маме он сильно скучал.
- Странно, - сказал Алекс, - мне казалось, что детдомовским важно иметь хоть какую-то мать.
- Ну, не всегда, - сказал Шуня. - Конечно, мать нужна, но не такая, как у меня. Я от нее столько натерпелся в детстве, что если бы она пришла ко мне сейчас, то я бы ее побил!
- Моя мать по-любому уже умерла, - сказал Шуня, - иначе давно бы уже пришла.
- Куда пришла, к тебе домой? - спросил Алекс.
- Нет, конечно, она же не знает, где я сейчас живу, - ответил Шуня. - Сюда бы пришла в морг.
- Почему ты думаешь, что она бы пришла? - поинтересовался Алекс.
- Потому что она уже приходила лет пять назад, когда я жил у деда, - ответил Шуня раздраженно.
- Она пьяная была? - спросил Алекс.
- Нет, - ответил Шуня.
- Меня тогда дед забрал из детдома, и я у него уже несколько дней жил. Смотрю как-то с балкона - она идет. Трезвая, одета нормально. Я вышел к ней и говорю: "Чего ты сюда пришла? Иди отсюда!"
- Ты прям жестко с ней, - усмехнулся Алекс. - Может она помочь тебе хотела?
- Ага, - ухмыльнулся Шуня.
- Деньги она пришла просить у деда. Дед потом увидел, что она уходит и говорит мне: "Чего это она?" А я ему сказал, что я ее прогнал.
- Она алкоголичка конченная, - вынес свой вердикт Шуня. - Ее только водка интересует!
Шуня был младше Алекса года на два, но это никак не мешало их общению, потому что у них было много общих интересов. Интерну Шуня был крайне полезен, потому что он тут всех знал лично и еще почти все про всех знал. А юному санитару приятно было водить дружбу с новеньким врачом, который мог потом стать полноценным патологоанатомом.
- Скажи, а почему ты доктора Журовича, назвал Жмуровичем? - спросил Алекс.
- Так его все так называют, - уклончиво ответил Шуня.
- А почему? - не унимался Алекс. - Просто ради прикола?
- И поэтому тоже. Но вообще о Жмуровиче много разных слухов ходит...
- Каких слухов? - Алекс был немного заинтригован.
- Потом как-нибудь расскажу, ладно? - попросил Шуня, когда на перекур вышел санитар Витя.
- Ладно, как хочешь, - удивился Алекс смене настроения Шуни, решив пока оставить эту тему.
Но теперь интерну стало еще любопытнее, что же такого другие говорили о Валентине Сергеевиче. У Алекса сложилось свое мнение о докторе, и ему было интересно насколько оно совпадает с мнением других. Парень отметил, что Журович действительно очень умный и досконально разбирающийся в своей профессии специалист. Но как человек Валентин Сергеевич для Алекса оставался непонятен. Журович был закрытым человеком, скупым на эмоции. В нем проскальзывали черты высокомерного человека, что немного отталкивало, но в целом доктор казался человеком слова, порядочным и справедливым. Он относился к работе как-то равнодушно, без огонька. Казалось, что ему уже все известно наперед, а поэтому неинтересно. Создавалось такое впечатление, что Журович отбывает здесь какую-то повинность. Еще у интерна не проходило ощущение, что Валентин Сергеевич что-то скрывает, что у него есть какая-то тайна. И Алексу захотелось, во что бы то ни стало, узнать тайну доктора. Подобрав удобный случай, Алекс вернулся к теме Журовича в одном из разговоров с Шуней.
- Ну, расскажи, что там такого с Журовичем, - прицепился Алекс к санитару во время очередного перекура на улице.
- Ладно, расскажу, - сдался Шуня. - Вечером ближе к ночи приходи сегодня в морг, у меня ночная смена, так что посидим, пивка попьем, телек посмотрим и поболтаем.
- Придешь? - спросил Шуня.
- Приду, - согласился Алекс, который вдруг заподозрил, что санитару просто скучно будет одному ночью на дежурстве, вот он и решил скрасить скуку, заманив к себе интерна.
Но все же может Шуня расскажет что-нибудь интересное о патологоанатоме? Да и ладно, подумал Алекс, приду вечером в морг. Попью с санитаром пива, пообщаемся, может, еще станем большими друзьями. Вечером после работы Алекс купил пива, чипсов и сухариков и отправился в морг. В морге кроме Шуни никого уже не было.
- О, проходи, - обрадовался Шуня ночному гостю. - Что за пиво ты купил? О, прикольно.
Санитар повел Алекса в комнату для санитаров. Интерн еще ни разу не был в этой комнате, хотя не раз уже на нее наталкивался. Шуня подвел Алекса к двери с номером 10 и трафаретной надписью "Комната отдыха санитаров". Открыв дверь, санитар впустил Алекса.
Комната оказалась довольно просторной. Слева от входа находились двери двух душевых, прижатых почти вплотную друг к другу. Душевые были и в ординаторской, так что интерн уже привык к такому соседству. В комнате было большое окно, занавешенное сейчас плотной бордовой шторой. Вдоль окна стоял большой неновый уже диван, который, однако, был еще вполне в приличном состоянии. Перед диваном стоял низкий журнальный столик, на котором расположилась кружка с пивом, почти пустая бутылка и половина копченной селедки. Видно было, что Шуня не дождался прихода Алекса и стал пить пиво без него. Наверное, юноша не поверил, что интерн все-таки придет в морг на ночь глядя.