– Закурим, что ли? И где задержались наши бабы?
Калин стал рыться в карманах, отыскивая несуществующий табак. Немцы тоже заметили девушек. За спиной у них небольшие мешки. Вот одна из них нагнулась и, сняв туфель, начала копаться в нём. Вторая присела на обочине дороги. Немцы что-то быстро залопотали между собой. Потом один что-то крикнул власовцу. Тот, поднявшись, заорал Домброву и Станцою:
– Кто это шляется у вас, откуда?
Станцой повернулся к нему и спокойно ответил:
– Да у нас тут мельница. Так вот из ближних сёл к нам носят молоть зерно. Эти женщины из Булатовки. Они часто приходят. Война, трудно.
Власовец что-то сказал немцам, те закивали головой, и стали продолжать еду, вскоре уехали. Высокая черноволосая девушка подошла к Станцою и Домброву. Вторая подалась в противоположную сторону и скрылась в одном из пустующих домов.
– Здравствуйте, – улыбнулся Станцой, – таким гостям всегда рады.
– А уж если рады, то помогите моей подруге перенести вещи вон из того крайнего дома. Вещи на чердаке и она тоже. Меня зовите Раей, подругу звать Шурой. Когда подойдёте, окликните: «Шура, мы от Раи». И Рая снова улыбнулась.
5. Знакомство с Шурой
Раю отвели в дом Станцоя. Потом Пётр Яковлевич с Калином Мелентьевичем подошли к дому, где должна быть Шура. Станцой понимал, что девушка с чердака этого дома ведёт радиопередачу, а так же и то, что девушка не безоружна. Понимал это и Домбров. Поэтому подходили к дому как можно тише. Зайдя под навес, где был вход на чердак, оба остановились в недоумении, лестницы нигде не было видно. И вдруг Станцой толкнул Домброва: сбоку на земле лежала доска. Друзья переглянулись. На чердак забрались по доске, потом её столкнули.
– Шура, Шура! Мы от Раи! – несколько раз позвали они. Наконец, в глубине чердачного перекрытия послышался сухой щелчок. Станцой было открыл рот, чтобы снова позвать и вдруг остолбенел. На него с чердачного окна смотрело совсем юное, открытое девичье лицо. Но глаза смотрели жёстко и решительно, да и в руке чернел пистолет.
– Тогда помогите, – произнёс грудной голос.
Через полчаса Шура вместе с Домбровым шла на другой край села, где жил Станцой, который в это время задами, через огороды нёс в мешке упакованную рацию.
6. В семье Станцоев
Девушки быстро подружились с семьёй Станцоев. Им понравился Яков Игнатьевич, отец Станцоя, старый русский солдат, участник русско-японской войны. Оставшись как-то наедине с сыном, он сказал ему:
– Чую я, Петя, что недолго мне осталось жить. Но я прошу и приказываю: берегите этих девушек как зеницу ока.
Рацию Пётр Яковлевич закопал в углу сарая, а чтобы место не бросалось в глаза, набросал сверху навоза.
Каждый день Шура вела передачу на большую землю. И каждый день Пётр Яковлевич откапывал рацию, развешивал на чердаке антенну, а после сеанса передачи таким же образом прятал рацию. С первых дней Рая стала исчезать. Возвращалась она поздно вечером и что-то наносила на свою карту. Эту карту она вместе с хозяйкой Ефросиньей Георгиевной прятали на дно большого с двумя перегородками сундука, доверху наполненного мукой. И каждый день Шура передавала на большую землю сведения, добытые Раей. Однажды в дом Станцоя пришёл незнакомый человек, назвавший себя Васей. Он о чём-то долго беседовал с девушками, а поздно вечером ушёл. Пётр Яковлевич спросил у Раи, что это за человек. Рая сказала, что это старший лейтенант Советской Армии, который бежал из фашистского плена. При всём своём доверии к хозяину дома, Рая больше о нём ничего не сказала. Потом ещё несколько раз он приходил к девушкам. О чём они говорили, что обсуждали – никто не знает. Однажды, оставшись наедине с хозяином дома, Рая попросила назвать имена людей, самых надёжных. Так в помощь разведчицам были привлечены братья Станцоя Кирилл и Николай, а также крестьяне Христофор Басан и Пантелей Черней.
Часто Пантелей Черней и Христофор Басан, обув постолы, одевшись как можно хуже, взяв в руки палочки, уходили в разные места. Один в Романовку, где недалеко находился важный железнодорожный узел, другой – в Бородино или шоссейную магистраль.
Заметив и запомнив всё, люди рассказывали девушкам важные данные, а те, в свою очередь, передавали всё это советскому командованию. И через день советские бомбардировщики бомбили указанные пункты скопления фашистских войск и транспорта.
Как-то после очередного сеанса Рая подошла к Петру Яковлевичу:
– Дядя Петя, наши войска заняли Одессу.
Спазм сдавил горло Станцою.
– Спасибо, милая, – только и проговорил он.
– Дядя Петя, кончилось питание, нужно принести спрятанное. Поеду я и Шура. Найдите подводу и ездового.