— Такси, — сказала она просто. — Я на такси. Но давайте всё-таки чая.
Я кивнул, налил кипяток в две чашки, куда бросил по паре пакетиков чая, вытащил с полки чашку и насыпал туда купленное мной печенье и принёс всё это. Она села на край дивана, я — в кресло напротив.
— Серьёзно? — спросил я, делая первый глоток. — Вы тратите свои деньги на такси, чтобы проверить быт подопечных?
Она слегка улыбнулась. Улыбка казалась короткой, усталой, но настоящей.
— Всё лучше, чем пешком или на маршрутке. Тем более такие случаи, как вы, Вячеслав Игоревич, бывают редкими. Чтобы попадался человек, столь… неоднозначный для всех, кто вокруг него. Мой знакомый из СОБРа, например, о вас отзывается с любопытством как об очень талантливом парне. А начальник кадров Росгвардии — с желанием выгнать вас к чёртовой матери. Моё прямое руководство хочет понять, можно ли с вами работать, или нет. А я смотрю на вас и вижу человека, который либо сломается скоро, либо… сделает что-то ещё более резкое или глупое. Так что да, я лучше потрачусь на такси. Это дешевле, чем разбирать последствия.
Она отпила чаю, поставила чашку на столик.
— Итак, начнём. Вы живёте тут один? — спросила она.
— Да, — ответил я, ловя дежавю от полиграфа.
— Расставание с Дарьей. Как вы с этим справляетесь?
— Работаю. Дел хватает, — произнёс я, удивляясь, откуда она об этом знает, наверное, заходила уже на Макрушино или говорила с родителями, или Слава указывал девушку в предыдущих беседах еще до моего появления.
— Это не ответ. Это снова бегство, — произнесла она.
А у нас в структуре что ангелы да работают, все психологически проработанные, никто никуда не бежит, и все свои проблемы решают на раз-два. Или это снова козни Прута?
— Это способ не сойти с ума. Когда круглосуточно занят, некогда жалеть себя, — произнёс я. — А ничего так не оскорбляет мужчину, чем саможаление.
Она кивнула, что-то записывая в бланк.
— Статистика, Вячеслав, вещь жестокая. Восемьдесят пять процентов…
— … мужских суицидов случаются после расставаний, знаю, — перебил я, но без дерзости. — Но я не вхожу в эти проценты. У меня для этого слишком много… незавершённых дел.
Она посмотрела на меня поверх очков.
— Незавершённых дел. Рабочих? Или личных?
— И тех, и других.
— Интересная формулировка, — она снова что-то записала. — Оружие дома есть?
— Нет, — ответил я. — Кота хочу завести, он считается?
Она сделала ещё пару записей, затем закрыла папку. Но не встала. Просто откинулась на спинку дивана, смотря на меня.
— Формальную часть мы с вами закончили, Вячеслав, — произнесла она.
— Теперь неформальная, как я понимаю? — спросил я. — И у вас закончился чай. А у меня после сегодняшнего дня дикое желание голову переключить. Вы по поводу вина не передумали?
Она посмотрела на меня испытывающе. Я думаю, что все другие, кого так проверяют, ведут себя чуть иначе. Всё просто, они боятся потерять работу, им от Оксаны что-то нужно, положительная характеристика по быту, а мне — нет. Мне вообще всё равно, буду ли я завтра работать в органах, или нет. В наших отношениях галантерейщика и кардинала, структура — кардинал потеряет гораздо больше, чем я.
Оксана Евгеньевна вздохнула и снова посмотрела на часы, рабочее время всё ещё шло, но стремилось к завершению, вряд ли её дёрнут куда-нибудь уже сейчас.
— Вы, как я вижу, за работу эту не держитесь? — проговорила она.
— Точно так. Оксана, давайте на «ты», может быть, если я уже без пяти минут гражданский человек? — спросил я и направился к холодильнику и, взяв с полки два бокала и любезно оставленный хозяйкой квартиры штопор, откупорил его, принявшись разливать. — Прости, я знаю, что у офицеров не принято пить с сержантами, но ведь в твоей власти одним росчерком шариковой ручки сделать меня гражданским. А значит, я могу быть сейчас просто собой. Вопрос в другом, можете ли вы себе позволить такой формат проверки по быту. Если нет, я сейчас даю вам и вашему непосредственному начальнику Пруту веские основания. Всё, как он любит. Вы же знаете историю, как он стал начальником отдела кадров?
— Нет, но послушаю вашу версию, — произнесла она, пока я возвращался с бокалами и вином к столику. А поставив его на стол, я ещё раз сгонял к холодильнику и взял нарезку и пару вилок.
— У них на Северах начальник на повышение пошёл, а Прут был одним из замов, и чтобы «убить» второго конкурента, предложил ему выпить, а потом написал на него рапорт, что тот пьёт на рабочем месте. Того уволили, а Прута взяли в Управу. Видимо, такие таланты нам нужны наверху.