— Четвёртый, — обратился ко мне Тройка, — дуй в кузов, будешь дронов стрелять, если полетят. Кроме того, тут в лесах торпеды ихние ходят. Этих тоже надо отстреливать.
— Ихние, говоришь, — улыбнулся я. Ира бы набросилась с когтями за одно это слово. А мне чё, я ж не писатель.
— Говорю, — кивнул он. — Хочешь воду? Вот, в бардачке неоткрытая «Карачинская». И дай сотовый, дяде Мише позвонить, попросить эвакуацию.
И я кивнув тоже, словно нищий африканец, поменял бутылку воды на сотовый и, забравшись в кузов и оперевшись на крышу кабины карабином, снял шлем припадая губами к бутылке.
Через какое-то время на дороге показалась техника и вооружённые люди в броне, стоящие у сгоревших машин наших сотратников.
…Я постучал по кабине Третьему. И он притормозил. Впереди были БМП и автобусы, замершие у догорающего транспорта, выглядели они напряжённо, но не открывали огня. Вскоре из БМП вылез человек в броне и чёрном камуфляже, с автоматом на груди. Он осмотрелся, сделал несколько шагов в нашу сторону и поднял руку с открытой ладонью — явный знак «на поговорить».
— Похоже, что свои, — пробурчал Тройка. — Генерал обещал встретить. Это, походу, местные. По легенде, для них мы — группа ФСБ из Кемерово.
Третий, моргнул человеку фарами и начал медленное движение на встречу. Человек из-под БМП приблизиля. Его глаза из-под чёрной балаклавы с поднятым забралом бронированного шлема смотрели на нас без особой радости, но с холодным профессиональным интересом.
— Пацаны, почему помощи не попросили? Потерь бы не было, — начал он.
— Брат, не я операцию планировал. Да и с вами тут тоже самое было бы, — выдал Тройка, он, к слову, уже стянул с себя маску с цифрой.
— Мы тут людей с оружием и без, задерживаем. Говорят, не при делах, бегали просто по лесу, грибы собирали. Ваши клиенты? — спросил он.
— Наши, — кивнул я сверху, и взгляд офицера поднялся на меня, видя мой покоцанный шлем и забинтованную руку и ногу.
— Задело малёхо? — спросил он. — У нас там медик толковый. Может посмотреть.
— Осколками посекло, — ответил я. — Надо вынимать и зашивать.
— Бывает, — с пониманием протянул он.
За БМП показалась чёрная тонированная «Газель». Из неё спешно вышел «дядя Миша» в камуфляже и броне, но уже при генеральских погонах, две крупные звезды вдоль, этакий супер прапорщик. (Я поймал себя на мысли что дурная эйфория от дряни возвращается).
— О, ваше начальство, — выдал «тяжёлый», сказав Третьему. — Постойте пока тут.
А сам пошёл к генералу и что-то начал ему говорить, показывая пальцем в сторону леса. «Дядя Миша» слушал, кивал, а потом медленно, как бы устало, поднял руку, прерывая поток доклада.
Его голос донёсся до нас сквозь приоткрытое окно, низкий и не терпящий возражений:
— Эти парни своё отработали. Сейчас мы приедем, заберём своих. На вас — зачистка. Тут могут быть ещё вооружённые бандиты. А сейчас у меня люди ранены. Так что прошу освободить проезд.
Офицер в чёрном кивнул и они оба пошли к нам.
— Разрешите уточнить, какова обстановка на местности? — спросил офицер.
— Глава бандитов, авторитет «Зимний», уничтожен. Его люди частично нейтрализованы, частично рассеяны. Вот вам их и предстоит собрать по всему лесу, а брошенное ими оружие уже соберёт наша бригада.
— Понял. Разрешите работать?
— Работайте! — кивнул генерал.
И «дядя Миша» подошёл к нам. И, видя, как мимо нас проезжает техника, проговорил:
— Значит, говорите, сбежал на большом грузовом квадракоптере…
— Точно так, — ответил Тройка. — Дроны помельче либо сбиты Четвёртым, либо отработали. И сейчас уродец где-то там.
Он махнул рукой в сторону военной базы.
— На технике туда лучше не ехать, — добавил я, находясь в кузове. Мой вид — грязный, в крови, с самодельной повязкой на бедре — заставил генерала поморщиться.
Офицер подошёл снова, перевёл взгляд с «дядя Миши» на меня, словно спрашивая разрешения на разговор с рядовым.
— Твоя оценка, боец?
— Дронов вроде больше нет, — ответил я. — Но это «вроде». Он мог что-то оставить. Так что на технике туда лучше не ехать. А идти пешком и малыми группами.
Офицер на секунду задумался, потом резко кивнул и, прикоснувшись к гарнитуре, приказал: «Всем из машин! Работаем цепью! И небо смотрите!»
— Братух, на, «Сайгу». Она с дробью, если что, — протянул я офицеру группы карабин и оставшиеся магазины к нему.
— Благодарствую. Отдам по завершении, — произнёс он и, развернувшись, пошёл к своим, отдавая короткие приказы.