— Так… — произнёс Енот по громкой связи телефона. — На твоём месте должен был бы быть я.
— У! — укнул я. А что ему ещё ответить — «напьёшься — будешь»? Или: «Ну, теперь ты знаешь, что в челюстно-лицевую можно смело ложиться на плановые обследования, если вдруг губы треснут от использования губозакатывающей машинки».
И только я хотел выключить свет на телефоне, как за окном зажужжало. Я резко дёрнулся в сторону словно там в тайге, ведь за стеклом окна, спускался и завис дрон…
Глава 20
В-494
Молниеносно я шагнул к тумбочке возле кровати и, подхватив пакет с апельсинами, рванул к окну и, распахнув его, метнул связку в дрон, тут же закрывая. Не оставаясь наблюдать за падением машины, я пригнувшись схватил сотовый и выбежал в коридор.
Двое в костюмах, сидящие возле двери на стульях, встали. Один откинул полу пиджака, хватаясь за пистолет, другой полез за пазуху. А я встал спиной к стене и отшагнул в сторону так, чтобы если сейчас в окно залетит дрон-камикадзе, то меня не зашибло взрывом.
— Вячеслав Игоревич, что с вами⁈ — выдал первый, не убирая руки с пистолета в кобуре на поясе.
А я лишь оскалился, показав пальцем в комнату.
Вас же тут не было еще полчаса назад, откуда появились?
«У нас есть полчаса», — всплыло в памяти откровение с рыжей медсестрой.
— Слава, что там? — спросил меня Енот по громкой.
А как я тебе отвечу?
И я написал в «ОЗЛ спецсвязь»: «Наблюдал дрон за окном, сбил апельсинами! Охраны не было, а теперь снова есть!»
— Парни, Четвёртый говорит, проверьте пространство за окном, должен быть дрон и апельсины! — выдал тут же Аркадий.
— Есть! — ответил первый и, вынимая пистолет, вбежал в комнату.
— Эвакуировать Четвёртого, — снова приказал Енот.
— Есть. Пойдёмте, Вячеслав Игоревич, — кивнул второй и повёл меня по коридору.
— Почему отлучались с поста⁈ — спросил Енот по громкой.
— Никак нет, не отлучались, мы заступили только, — произнёс второй, держа меня под руку левой и ведя куда-то вглубь здания. Мимо поста рыжей медсестры, которая удивлённо осведомилась: «Что случилось?», но ей не ответили, и меня посадили на стул в какой-то закуток.
— Дрон на асфальте, вместе с апельсинами! — доложил первый догнав нас. — Небо чистое.
— Руками к аппарату не прикасаться и другим не давать. Соблюдать осторожность. Четвёртого эвакуировать в место 18А, где передать через пароль!
Мне под ноги сунули какие-то тапки. И я пошёл уже в них.
— Давай через задний ход, — выдал первый. — На мне дрон, на тебе эвакуация.
— Принято, — выдал второй.
И мы спустились на первый этаж с третьего, и первым во двор вышел первый.
— Чисто, — проговорил он, смотря на небо. — А нет, вижу контакт слева.
— Эй! Это мой дрон был, он вообще-то денег стоит!!! Вы либо оплатите его, либо я через суд всё себе возмещу! — вопил кто-то.
— Что там? — спросил Енот.
— Наблюдаю молодую особь скуфа. Идёт к нам, размахивает руками. На вид лет двадцать, по весу килограмм 100, кудрявое, светловолосое, непуганое. Говорит, дрон его. Требует возместить стоимость сбитого.
Я выглянул тоже. Там действительно бежал ко входу толстенький недовольный паренёк.
— Скуфа взять и на Проспект отвезти. Эвакуацию продолжить! — скомандовал курирующий офицер.
— Есть, — произнёс первый и, дождавшись, пока скуф подойдёт ближе, встал и, шагнув вперёд, приставив оружие к голове парня, свободной рукой заломил ему руку, положил на пол и, поставив колено на спину, убрав пистолет в кобуру, застегнул на нём наручники.
И в этот миг я осознал, что опасности никакой нет. И быстро написал в спецсвязь: «Домой было бы хорошо, конечно. В палате орден остался, и я не знаю, где моё удостоверение с ключами от машины и от дома.»
И Енот тут же начал строчить ответ:
«Короче, по ордену решение есть, ваших полковников взбодрить, какого хера они его вручают втихоря человеку, который в коматозе лежит и сны цветные под обезболивающими смотрит. Ключи от дома у Иры, тачку мы к вам перегнали, удостоверение и карточки у начальника твоего ОВО, а форма восстановлению не подлежит — её с тебя срезали, ты же весь в крови поступил. Или ты хочешь еще одну ночь с Мариной Сергеевной провести?» — написал он.
«Нет, Аркаш, везите уже к Ире и собакам с котом.»
«Я как семьянин одобряю и немножко завидую», — признался Енот Аркадий.
'Нечему. Я, пока этого дурака не увидел, думал, что всё это мне бредится. И дрон, и Марина, и орден.
— Пойдём. Или у тебя другие вводные? — произнёс второй, указывая на неприметный седан серебристого цвета, стоящий на парковке.