— Он на третьем! — бросил боец, который собрался уходить из помещения.
Не отыгрывает зараза, что мёртвые не говорят, ну и ладно…
И снизу что-то снова мелькнуло, но, встретив мой огонь, спряталось. Так они долго будут меня штурмовать. Однако на экране с дрона я видел, как еще человек 10 бежит к дому, это видимо те, кто эвакуировал раненых, бегут через дым совершенно безнаказанно, и я подбежал к окну и тут же словил шарик от снайпера.
7!!!
Они словно бы штурмовали стены крепости: разбившись на тройки, каждая тройка несла прочную длинную жердь, а когда тройка приближалась к стене, первый забегал по стене, подталкиваемый двумя другими сзади. Ловко это вы!
И так что я имею: трое на втором, шестеро на первом, и минимум один засел на лестничной площадке.
К окнам я больше не подойду, перестреливаться со снайперами и, скорее всего, с наводчиком этих самых снайперов, имея РПК, — такое себе.
Непонятно, почему я один защищаю, тут же даже тактически не разыграть. Вот они: мне блокировали окна снайперами, проникли в здание, сейчас будут прессовать по лестнице, и на их стороне огневая мощь. И я снова выпалил в пространство между пролётами, снова попав в кого-то, одного из тех, кто был на втором.
— В вас попали, вы «тяжёлый», 300! Не можете стрелять, — заявил спецназовцам дрон.
Да, а что тут еще делать? Считаю удерживание объекта нецелесообразным! Было бы меня реально еще семеро, поиграли бы в тактику, а так…
И я, разрядив вниз один магазин, побежал наверх.
«Как по-хорошему, дом бы взорвать.» — подумалось мне.
А, поднявшись на крышу, я отсоединил китайскую вилку от китайского летательного аппарата, видя, что он зарядился на два деления из пяти. И, набрав пионер-вожатого, сказал ему:
— Условно взрываю дом, делаю попытку отступить!
— Принял, летите в сторону города. — ответил руководитель учений.
Уговаривать меня дважды не пришлось. Я сел на машину и, надеясь не бухнуться по пути, нажал кнопку взлёта. Она взмыла вверх. И только я решил стартовать, как в мою спину прилетело аж два шарика.
— Бля, — выдохнул я. Вот, как это считать: как две жизни или как убитого бегущего злодея?
— Посадите машину! — приказал дрон.
И я направил руль вниз, но лишь для того, чтобы спрыгнуть с транспорта и в спешном темпе поволочь его на другую сторону крыши. Внизу слышалась стрельба, это спецназ зачищал здание, а я уже был на другой стороне крыши скрываемый от снайперов условного противника будкой. Выглянув на другую сторону и не получив шарика в лицо, я сел на машину и рванул в сторону Златоводска.
Бой остался где-то сзади, а я только что повторил действия Тима в нашем с ним последнем противостоянии. Однако дрон вёз меня недолго, а уже через минут пять разрядился и медленно сел, самопаркуясь, в траву между сосен.
Китайцы молодцы, мы бы тоже на заводе «Лада» могли бы такие дроны делать.
«— А можно нам такие же дроны, только русские? — спорил я у наших машиноведов в своём воображении. — Можно, а зачем? — ответил мне в моём воображении директор по продуктам концерна „Лада“.»
Но тут мне позвонили.
— Четвёртый, потерял вас из виду. Учения закончены, возвращайтесь на исходную позицию вашего дислоцирования.
— У меня тут дрон разрядился, найдёте? — спросил я.
— Найдём. Спасибо за участие! — поблагодарили меня. И, забрав лишь своё оружие, с которым я и летел, я оставил у дрона страйкбольные пушки. А сам потопал в сторону базы.
Прислушиваясь к себе, кое-где у меня болело, но я был рад как слон, что не навернулся с этого дрона. Китайцы, конечно, сделали его архиинтуитивным. А на базе Прометей была суета: ходили люди в оранжевом, кто-то тащил поломанные летающие дроны, мимо бежали камуфлированные собаки, люди в масках курили у автобусов, подняв балаклавы, чтобы был открыт рот для курительной дряни.
Идя мимо курящих спецназовцев, я был окликнут бойцами.
— Эй, друг! — позвали меня.
И один из них подбежал ко мне, когда я остановился.
— Привет. Это ты же на крыше был?
— Да, я, — ответил я.
— А я координировал снайперов. Слушай, я твой шлем в видосах видел, как он по ощущениям?
— Пистолетную пулю держит, почти в упор, осколки держит, — начал перечислять я.
— А автоматную? — спросил он.
— Автоматную, слава Богу, пока не получал в лицо, — ответил я.