— Разрешите наглость? — спросил я.
— Разрешаю.
— А добросьте меня до Кировского отдела охраны?
— Будешь так работать, я тебе личного водителя прикреплю! — произнёс ротный.
Но роль возничего упала сегодня на командира взвода, и уже он довёз меня до родного адреса на Шевченко, 3.
А по пути мне пришло смс от Виктора: «Спасибо, что не сдал меня ротному за косяки с оружием, я еще лучше буду учить закон и стану хорошим ментом!»
Я ничего не ответил. Подумав про себя: Кто я тебе, чтобы тебя сдавать, Иуда Искариот? Да и серебра у ротного не хватило бы, чтобы меня купить. Даже машину «Победа» зажопил… (пускай и пообещал её мне только лишь в моих юмористических фантазиях).
И меня ждала отсыпная и потому — выходная суббота, 6-е сентября 2025 года, и в целом это были бы вполне себе выходные, если бы не первый посетитель моего «отеля». Сдав оружие, я сел на такси и добрался до дома, где снял форму, погадил питомцев, поцеловал Иру и принял душ. Я даже поспал, но в 15:00 меня разбудило приложение ОЗЛ спецсвязи:
«Примите гостя!»
Я вышел на улицу в шортах и тапочках, а прямо перед моими воротами лежало тело с мешком на голове и стояла тонированная Газелька, прикрывая гостя от посторонних глаз. Гость был огромен — не шибко спортивен, но массивен за счёт костей и пуза. Однако я, взвалил его на себя, и махнув рукой газели, пошёл в дом. Затащив в подпол, я первым делом пристегнул его к железной полке наручниками, а вторым — снял с него чёрный мешок, закрывающий его голову, и обомлел, не веря своим глазам. Передо мной был сам…
Глава 16
Чернобыль, которого не было
Передо мной на коленях и без сознания стоял майор Гусев в гражданской форме одежды, видимо, собирался со смены домой и не доехал. Голубые джинсы и серая рубашка, ботинки — это то, что было при нём. Очень Злой Лес всё слушал и слышал, и там, наверху, приняли решение послать мне его на воспитание.
Вот я не знаю, но мне кажется, такие люди не воспитываются. Гусев — это пёс системы, его задача — быть злым и диким, драть в зашей сержантов и прапорщиков, проявлять свои самые мерзкие качества, но, как ни странно, тем самым держать личный состав всей Златоводской области в тонусе. А то, что он лично так себе как человек, к делу не относится. Вот скажи, Очень Злой Лес, каким должен быть офицер, который вынужден будить стажёров, спящих на картонке?.. Гусев достоин пиздюлей, но не перевоспитания.
И я пошёл наверх, чтобы свериться с ОЗЛ спецсвязью, а там как раз пришло задание с пояснениями: «Цель: воспитание личностных качеств в госте, изучение им должностных инструкций старшего дежурного Росгвардии, ликвидация токсичного отношения к личному составу, привитие софт-скиллов».
Софт-скиллов говорите? В начале мне предстоит рассказать майору, что это такое.
И я, надев шлем, взяв нож и пистолет с транквилизатором, надев чёрную форму и перчатки, взял большую бутылку воды, отхожее ведро и спустил это всё вниз, чтобы всё это поставить гостю. Он приходил в себя медленно, издавая то ли стон, то ли хрип.
— Где я? — протянул он.
— Доброго вам дня, — поздоровался я.
— Ты нахуй кто? — продолжил он.
А я поймал себя на дежавю, что в этом подвале слишком часто звучат именно такие вот вопросы.
— Начнём наш с вами урок с приветствия. Я — смотритель исправительного отеля, а вы — мой гость, Николай Николаевич. Здравствуйте.
— Какого ещё отеля! Почему я пристёгнут? — он дёрнул рукой, и наручники звякнули о железную стойку.
— Здравствуйте, Николай Николаевич, — продолжил я, решив начать всё с начала.
— Ты знаешь, кого ты пристегнул? — пробасил он.
— Старшего дежурного Росгвардии по Златоводской области? — предположил я.
— Сопляк, да тебя на бутылку посадят! В камеру с петухами определят! — буквально выкрикнул мне в шлем гость.
И я покачал головой, направляя на него револьвер.
— Здравствуйте, Николай Николаевич.
— Привет, блядь! — рявкнул он, только замечая в моих руках ствол.
Уже неплохо.
— Смотрите, я не считаю, что вы должны тут находиться, но у нас с вами много работы. Первое: нам нужно сделать так, чтобы ваша речь была более официальной и чтобы вы не переносили личное на служебное. Ваша последняя ночь в качестве дежурного была исчерпывающей, и вас решили исправить.
— Кто решил⁈ — повысил он тон.
— Не-не-не, тон мы тоже не повышаем. Чем раньше вы, Николай Николаевич, научитесь общаться, адекватно вашей должности, тем быстрее вы отсюда выберетесь, — бегло объяснил я ему правила этой игры.