— Егор Ильич, уйдите от окон!
По двери не стреляли. Жаль. Я уже хотел получить лёгкую цель. Эх, не на ту дверь потратил светошумовую. Но кто ж знал…
За дверью слышался топот, глухие удары, лязг затворов. Готовятся. Значит, просто так не войти.
Я вернулся к раненому охраннику — он ещё дышал, хрипел и даже пытался ползти к выпавшему «Кедру». Забрав ПП, я подошёл, приставил ствол к голове основной цели и нажал спуск.
Контрольный лучше, конечно, в сердце делать — ведь у многих мозгов вообще нет, как, впрочем, и сердец. Но лишняя дырка в голове врага лишней не будет. Охранника я не стал добивать принципиально: выживет — хорошо, не выживет — destony, судьба, по-английски.
Вернувшись в коридор, я прицелился из «Кедра» в дверь и выпалил в одну точку на уровне шеи весь магазин ПП, образовав в дешёвой двери дорогого полулюкса дыру чуть больше кулака. И, шагнув вперёд, я прицелился на расстоянии сквозь эту самую дыру и, заметив чёрный силуэт, прошил дверь в его направлении.
И снова пространство впереди меня наполнилось рычащим стоном. И я сдвинулся правее, сканируя сквозь дыру пространство в номере — благо там не было задымлённо.
И тут мне в шлем прилетело. Словно от удара бревном отбросило мою голову назад, посылая меня на задницу. С такой силой, как не бьёт ни один ударник.
А бронестекло на моём лице покрылось паутиной трещин. Нормально так зацепило.
В ответ я высадил очередь из автомата в дверь неприцельно, раскидав примерно в том направлении, где был стрелок. И, сидя на заднице, поменял магазин. Вскочив и подлетев к двери, пнул её ногой, выглянув в получившееся пространство, чтобы снова спрятаться. А косяк уже крошили пули.
Я, присев, высунул автомат по-сомалийски и нашил в направлении стрелка. А после отшагнул от двери, чтобы посмотреть этот угол из отдаления.
— Твой босс того не стоит! — крикнул я. — Выходи без оружия и останешься жив!
— Русские не сдаются! — выкрикнули мне в ответ.
А я кто? Африканец? — мелькнуло у меня.
Ну, было бы предложено. И следующим своим действием я, прижав подбородок к груди, забежал в номер, готовясь к встречному огню. Я начал стрелять первым, прямо из-за косяка, кроша дерево и кирпич, а потом и мебель.
Он выстрелил, но и у меня был зажат спуск. В грудину прилетело что-то невероятно тяжёлое, заставив сердце на мгновение перестать биться. Однако единственный целый охранник получил от меня пулевое в голову, шею и левое плечо.
С-сука, какие люди гибнут…
Я начал зачищать комнаты.
Из-за стрельбы здесь пропахло гарью — едкой и удушливой, смешанной с запахом пороха. На полу был бардак: щепки от двери, гильзы, куски штукатурки, опрокинутая лампа, которая всё ещё мигала, пытаясь выжить. Везде лёгкая задымлённость, но не мешающая работать.
Я двигался вдоль стены, держа СР-3М наготове. Первая комната — кабинет — пусто. Только перевёрнутое кресло да следы от пуль на стене. Вторая — спальня. Дверь была приоткрыта. Я толкнул её ногой, присел, сканируя пространство впереди — тоже чисто.
Кровать, тумбочка, шкаф.
Я развернулся и двинулся дальше. Ванная — чисто. Коридорчик от ванной куда-то — тоже чисто. Осталась последняя комната — гостиная.
Я встал сбоку от проёма, перевёл дыхание. В груди саднило от попадания, но броня видать выдержала.
Рывок в дверь — и я оказался в комнате.
Кулик стоял за опрокинутым диваном, пригнувшись, и целился в меня из револьвера. Ствол смотрел прямо в голову. Но я успел раньше.
Зажал на спуск и не отпускал.
Автомат затрясся в руках, выплёвывая остатки магазина в его сторону. Пули крошили диван, вздымали облачка из обивки, вгрызались в стены. Кулик дёргался, как в странном танце, уже не пытаясь выцелить меня. Он даже выстрелил пару раз куда-то в потолок.
Мой магазин опустел, а Кулик сползал вниз, опираясь спиной о стену, и смотрел на меня. Револьвер выпал из его руки, глухо стукнув об пол. На человека не было живого места — тёмные пятна расползались по всей груди, по животу. Он конвульсировал, хрипя, словно пытался что-то сказать, но из горла вырывалось только бульканье.
Я сменил магазин. Подошёл ближе. Кулик оставил на обоях кровавый след. Глаза его уже стекленели, но он всё ещё смотрел на меня с непониманием и удивлением.
Я приставил ствол к его голове и нажал на спуск.
Короткая очередь в упор раздробила череп.
А дальше я развернулся и быстрым шагом пошёл к выходу. Не оглядываясь. Не проверяя. На выходе из номера бросил взгляд в коридор, сзади тоже чисто. И метнулся к пожарному выходу, толкнув дверь, побежал вниз, перепрыгивая через ступени.