— Ты ошибся! Это не я был! — закричал Зубчихин, уже переместившись и аккуратно выглядывая из-за какого-то комода.
— Не пизди. — выдохнул я, посылая дротик с транквилизатором куда-то в область тёплого тела мэра Златоводска.
Далее я обходил его позицию полукругом, уходя с линии предполагаемого огня сзади — ведь охрану я всего лишь ранил, — и, заглянув за кирпичный косяк, я снова выстрелил дважды в сторону сидящего секьюрити: пулей мимо, а транквилизатором в цель.
Обернувшись на всякий случай, я поразился силе воли первого раненного мной оэсбэшника: он встал и крался с АК в мою сторону. Такие герои должны жить! Было бы время — я бы вам и помощь оказал, а пока — простите, мне некогда.
Выстрелив дважды по той же схеме, я усыпил и этого бойца, а потом, позволив СР-3 повиснуть на ремне, подошёл к Зубчихину, поднял ему ногу и, придержав у бедра, кувыркнулся через него, подсмотренным способом на рутубе, инерцией затаскивая тело себе на плечи и вставая с ним.
А далее всё напоминало норматив по эвакуации раненого, только вот у меня был спящий мэр города. И держа его левой рукой за ногу и руку, я спешно шёл — сначала к выходу из квартиры, а потом и к лифту. Сотни раз зарекался лифтами не пользоваться, но наглость города берёт — не тащить же на себе эту тушу все шесть этажей до Крузака.
И вот лифт вёз нас вниз, а когда открылся, я увидел, как консьерж спешит ко мне с какой-то палкой.
Ты в камеры вообще смотрел на этажах? — мелькнул у меня вопрос, — Ты вооружённого человека собираешься палкой бить? Или ты живёшь по принципу раз в год и палка стреляет? Но даже тогда, у меня инструмент всё равно надёжнее.
Я снова совершил парный выстрел: боевым мимо, транквилизатором в ногу. А на первом этаже я открыл ногой дверь на улицу и уже бежал. Потому как слышал где-то вдали звуки приближающихся сирен. В этот раз ребята приехали вовремя.
Уложились парни, как раз три минуты примерно с момента сработки сигнализации на шум бьющегося стекла. Я следовал бегом к джипу и уже видел его на «горизонте», как из-за угла вылетала машина Росгвардии. И я находясь с противоположной стороны от них, по сути закрытый силуэтом своей машины, я сунул тело в кузов, хлопнув дверью и спрятавшись за Курзаком.
Я замер, а осознав, что меня не видят, подумал: кто бойцам откроет шлагбаум? Вахтёра же я усыпил? И видимо подождав, бойцы тоже решили, что вахтёр спит или с ним беда…
Старший ГЗ вместе с третьим выбежали из экипажа и побежали к парадному входу, а водитель встал за машиной, зажав в руке рацию. Ну ладно, подумал я, не видят меня, так не видят — это же тревожа и периметр не обязательно осматривать. Как бы нужно, но вначале надо разобраться что там внутри случилось. Вот и спешат ребята.
Сев в машину, я аккуратно тронулся, поехав мимо экипажа, видя, как водитель поворачивается ко мне лицом и его глаза округляются.
Он увидел шлем «Ронин» и сложил в своей памяти два и да. Именно в таком шлеме кто-то украл из дурки больного, а другого застрелил; именно в таком кто-то расстрелял бандитов и скрылся до прихода СОБРа. Последнее было в их, кстати, районе. И я улыбался, когда он, заикаясь и глотая слова, пытался что-то кричать в радиоэфир.
А я уже прибавлял газа, совершенно не опасаясь за свою жизнь. По двум причинам: из ПМа он по мне не попадёт, особенно в стрессе, а на своей Ладе они увидят только, как машина с объёмом более чем 4.5 литра уходит в закат, словно в мультиках компании «Уорнер Бразерс» Дорожный бегун от Койота.
И я рванул прочь, маневрируя по улицам, где нет камер «умного города», летя на скорости, недоступной экипажам Росгвардии, опережая саму идею плана-перехвата. Хотя его введут, как только увидят, что я там натворил, но я буду уже не тут.
«Поле чудес» встретило меня спящими элитными домиками, мимо которых я ехал по маршруту где также не было камер. И, подъезжая к трёхметровому забору — на вид просто забору зажиточного особняка, — я написал в «ОЗЛ спецсвязь»:
«Прошу разрешения принятия в Отеле ОЗЛ гостя на постоянное жительство».
«Почему приняли такое решение?» — спросили у меня.
«Превентивное пресечение аномалии по проекту „Вернувшиеся“».
И ворота поползли вбок. Я заехал и, выйдя из джипа, пошёл обходить машину чтобы вытащить борова снова на своих плечах потому как больше тут некому. Меня встречал Ярополк, как всегда, в синем костюме и при оружии. У психопата считающего себя русским витязем был меч в ножнах, который он регулярно точил.
Кто с мечом к нам придёт — тот отстал в плане вооружения! Ярополк встретил меня поклоном в пол, когда увидел мой шлем. Кто я для него? Демон, дух, детище — порождённое богами, али витязь в странной кольчуге? Я не знал и знать не хотел, как не хотел и общаться с шизиком. Но увы и ах, я не выбираю с кем работать, для кого-то и я безумен.