Циферки красиво мерцали красным. Прямо как светофор.
Я выдохнул, заставил себя не смотреть на убывающие секунды, открыл сейф, вывалил содержимое на кровать. Белоснежное покрывало мгновенно покрылось чёрными «прямоугольниками» телефонов, проводами, пачками долларов. Телефон Эдгара, Тиммейт в коробочке, провода, переходники. Всё это напоминало арсенал хакера-смертника, плюс дрон. Я подключил Тиммейта к телефону Эдгара, не глядя больше на таймер. Руки работали уже увереннее, а пальцы сами нашли нужные разъёмы, сами состыковали, сами включили.
— Тиммейт, приём. — голос у меня оказался хриплый, и я кашлянул, чтобы говорить внятно, — Что там по гран-при? Кто победитель?
— Секунду, Четвёртый. Собираю данные. Система «The Black List» в активной фазе. Финал ещё не завершён.
Экран телефона Эдгара засветился, и я увидел сетку. Как турнирная таблица в спорте, только вместо очков — трупы. Красные кресты, зелёные галочки и две пульсирующие золотые точки.
— Итоги гран-при на данный момент, — торжественно произнёс Тиммейт. — Из двадцати семи участников в живых осталось двое. Финальный раунд ещё не завершён.
— Двое? — переспросил я. — То есть?
— Ваш якудза, Хаято Масутоши, — пояснил Тиммейт, — несмотря на потерю пальца и оборудования, пожелал продолжить участие в турнире. У него остался доступ к системе через запасной телефон, который, по данным аналитики, он активировал через два часа после нападения на тебя. Упорства этому самураю не занимать — с отрубленной фалангой, без штанов, но с запасной симкой. Судя по геолокации, он не стал охотиться за вами и поняв, что приоритетная цель ушла, и переключился на другие заказы.
— То есть он просто сменил цель и дальше бегает по Майами с отрубленным пальцем и режет народ? — уточнил я.
— Примерно так. На данный момент у него две подтверждённые ликвидации в рамках турнира. Оба — киллеры из первого раунда. Он работает методично, несмотря на ранение. Словно робот-убийца из вашего кино, который просил одежду и мотоцикл, только с японским колоритом. Видимо, профессиональная гордость не позволяет выйти из игры. Или деньги нужны на новый телефон и штаны.
— Упёртый самурай, — усмехнулся я. — А второй кто?
— Второй участник финала — женщина. Позывной «La Sombra» — «Тень». Бывший снайпер колумбийской национальной полиции, после увольнения работала в частных военных компаниях в Африке, последние два года — фриланс. Специализация: ликвидации с дистанции, городское и джунглевое ориентирование, холодное оружие.
На экране появилось её фото. Женщина лет тридцати, черноволосая, курносая, с насупленным взглядом и короткой стрижкой. На шее был тонкий шрам, на плече — татуировка в виде прицела. Красивая, но от такой красоты, хочется держаться подальше.
Я присвистнул.
— И сколько она положила?
— Восемь подтверждённых ликвидаций. Из них пять — в первой волне, три — во второй. Последний бой был самым тяжёлым. Её зажали вчетвером в доках Норман-Клей. Вижу на видео старые контейнеры, ржавые краны, чёрная вода каналов. Работали двое бывших «морских котиков», один мексиканский федерал в отставке и один профессионал из Восточной Европы.
— И?
— И она убила. За четыре минуты. Первых двоих сняла с пятидесяти метров, пока они шли по пирсу. Третьего — когда он попытался зайти с тыла, встретила ножом в темноте. Последнего, восточноевропейца, сняла выстрелом в затылок, когда он пытался уйти вплавь по каналу. Ночью. В тёмной воде. С пятидесяти метров.
— Занятно, — выдохнул я. — Это терминатор в юбке, с винтовкой и полным отсутствием жалости.
— Судя по анализу он бывший спецназовец, снайпер-инструктор. Психологический профиль: хладнокровна, расчётлива, не поддаётся на провокации. Сейчас она готовится к финальной схватке. Система выдала обоим оставшимся участникам заказы друг на друга.
— То есть Хаято идёт на неё, а она — на него?
— Именно. Финальный раунд запущен. Победитель определится в ближайшие часы.
Я посмотрел на экран, где пульсировали две золотые точки, и почувствовал, как внутри шевельнулось что-то нехорошее. Хаято, «голый», без пальца, с запасным телефоном, лезет на снайпершу, которая завалила четырёх профи за четыре минуты. Это даже не бой, это самоубийство. Но самурай всегда стремится к смерти. Будет ли это похоже на атаку камикадзе на авианосец покажет время.