Вентиляторы и охладители работали на полную, вытягивая горячий воздух вверх. В гараже было тепло — так тепло, что хотелось снять куртку. И тихо уснуть в гулу. Под это уютное жужжание, словно в чреве огромного металлического зверя.
Я нашёл свободную розетку, сунул в неё зарядку для моего телефона, положив гаджет на стиральную машину, которая стояла тут же, видимо, не работая уже лет пять.
— Где этот деятель? — спросил я.
— Ты не нашёл подвал. Там у него личный кабинет.
Я вернулся в дом и на этот раз нашёл дверь в подвал под лестницей на чердак. Ступая вниз по скрипучим ступенькам, идя на тусклый голубоватый свет и звуки музыки — это был какой-то рэп.
Админ сидел в кресле-мешке, положив ноги на ящик с инструментами. Перед ним стоял ноутбук на шатком столике, на экране — зелёные графики роста хешрейта. Он был чернокожим и худым, лысеющим, с жидкой бородёнкой и мутными глазами, которые смотрели в монитор и одновременно сквозь него.
Рядом с креслом — пепельница, полная окурков, и початая бутылка Jack Daniel's.
— Йоу, я же сказал сюда не спускаться! — он даже не повернул голову.
— Ты администрируешь моё оборудование, — сказал я спокойно.
Он замер. Медленно повернулся.
В его глазах мелькнуло что-то: Может страх? Нет, скорее, попытка вспомнить, где он меня уже видел.
— Ты кто? — спросил он, отставляя бутылку.
— Хозяин, — сказал я. — Тот, чьи фермы ты присвоил. Чьи мощности жрут электричество и генерируют крипту, которую ты сливаешь в свой карман.
Он хотел что-то сказать, но я уже поднял руку с оружием — этот жест получился почти будничным, как у учителя на уроке.
— И ты уволен. Вали отсюда, иначе я тебя расчленю и скормлю твоим же свиньям, которых ты тут приютил!
— Хей, чувак! — он начал подниматься, и тут я заметил, что он то ли пьян, то ли под чем-то тяжёлым. — Ты не понимаешь, я тут всё настроил, без меня…
— Без тебя найдётся кому, — сказал я, подшагивая ближе и прикасаясь стволом к его голове.
И админ посмотрел на мою руку, потом мне в глаза. Что-то в его мутном взгляде прояснилось — может быть, инстинкт самосохранения, который даже наркотики не могут убить полностью.
— С-сука, чел, я всё понял, — сказал он. — Я-то уйду. Но там… там наверху мои друзья, они с улицы, — ты будешь иметь с ними проблемы!
— Если не свалишь, то я сначала убью тебя, а потом всех их. У тебя тут ничего нет. Просто вали без всего! — произнёс я.
— Ёба, ты русский, да? С-сука, я ухожу, не тычь в меня этим, — выдал он и вяло пошёл прочь.
Он вышел. Я слышал, как его шаги поднялись по лестнице, потом хлопнула входная дверь.
Потом уже я прошёлся по дому и, вырубив телек с приставкой, пригрозил компании оружием, сказав то же самое, что и админу: что вечеринка закончилась и чтобы они валили. Один начал возмущаться, и я пробил ему с ноги в голову, приказав остальным его нести. Парочку в гостиной растолкал и выволок на улицу тоже.
— Молодец, — сказал Тиммейт. — А теперь садись в кресло. Новый админ сейчас подъедет. Я уже нашёл человека — толковый парень, бывший сисадмин из Бойсе, говорит, что устал от корпоративного рабства. Он будет рад поработать на удалённом хозяине, который платит и не задаёт лишних вопросов.
— Когда он будет? — уточнил я.
— Через двадцать минут. А пока — можешь подремать. Я присмотрю за фермой и за притоном.
— Ты уже присмотрел за моим сном в отеле, я пока не смогу уснуть, — произнёс я. — И вызови сюда клиниг!
— Зачем клининг? — удивился Тиммейт.
— Тут воняет, — произнёс я.
— Деньги же не пахнут? — удивился он.
— Деньги, может, и не пахнут, а вот те, кто их воруют, — да.
Я сел в кресло-мешок и закрыл глаза. Гул фермы с тихой улицы убаюкивал, но я просто медитировал, думая о том, как быть быстрее Сорокового.
— Я отследил сотовые группы Сорокового и они еще далеко, теперь он к нам там быстро не подберётся! — похвастался Тиммейт.
Но тут, у дома остановилось несколько машин с громкой музыкой и громкими же возгласами на английском. А я сжав зубы до боли выхватил из рюкзака, автомат, бегло прикручивая глушитель, присоединяя приклад и встав принялся отступать в глубь дома.