Сама я тоже фильмы не очень люблю. Космики кино не снимают, а фильмы планетников нам почти всегда непонятны. Вот в последнем, который я посмотрела, сюжет крутился вокруг того, нужно ли в какой-то стране проводить плебисцит или ограничиться референдумом. Пара главных героев из-за этого насмерть рассорилась, оба вступили каждый в свою армию, несколько раз чуть не убили друг друга, но в конце помирились и нежно поцеловались. Что там решили с плебисцитом и референдумом, я так и не узнала. Так что я если и смотрю фильмы, так снятые ещё на Земле до космической эпохи. В них хоть что-то можно понять. Только все те, что сохранились, я уже видела.
– Сначала пилот выводит корабль из атмосферы, – рассказывала Джоконда. – Затем необходимо покинуть орбиту планеты и плоскость эклиптики. Конечно же, избегая столкновений с другими кораблями, спутниками и планетоидами. Только после этого корабль ложится на проложенный навигатором курс. Стандартное ускорение – четыре же, необходимость его снизить или повысить возникает крайне редко, да это и нежелательно, поскольку вызывает повышенный расход топлива.
– Повысить? – содрогнулся Леон.
– Квантовый скачок для превышения световой скорости совершают на шести же, а ещё иногда требуется резкое торможение или разгон. Не беспокойтесь, капитан, в этом рейсе такой необходимости не ожидается. Да и не так страшно большое ускорение. Вы прекрасно перенесли шесть с половиной же, которые установила Юлия.
– Не будем о печальном. Отошли подальше от эклиптики, легли на курс с ускорением четыре, и что дальше?
– Дальше идёт набор скорости для квантового скачка, затем, уже на сверхсветовых скоростях, разворот корабля и переход торможение, позже обратный квантовый скачок…
– С этим ясно. А что за квантовый скачок? Я в колледже физику сдал на отлично, но эту тему так и не понял. И никто из моей группы не понял. Мне даже показалось, что этого не понимает даже наш профессор.
– Мне с этим проще, – Джоконда изобразила улыбку. – Искин по своей природе не может чего-либо понимать или не понимать. Я знаю текст этой теории, и умею пользоваться её формулами. Мне этого достаточно. А вам что непонятно, капитан?
– Рейс на Мекку занимает меньше месяца. А чтобы четырьмя же набрать скорость света, даже по ньютоновской теории нужно втрое больше времени. А по теории относительности – ещё больше, если забыть, что она такую скорость вообще запрещает. Причём нам говорили, что теория Милано-Стоуна – обобщение теории относительности, что бы это ни значило.
Мне это тоже было интересно. Но я, в отличие от Леона, знала, что для скачка скорости за порог света вовсе не нужно подводить её близко к этому порогу. И с удовольствием послушала бы, почему это так.
– Теория относительности Эйнштейна напрямую тут не применима – она устанавливает границу скорости, но не учитывает квантовых эффектов. В том числе, туннельного. Вы изучали квантовую механику, капитан?
– Да. Я знаю, что квантовый скачок основан на принципе неопределённости. Но ведь там добавка энергии крошечная, и чем она больше, тем меньшее время держится.
– Верно. Скачок добавляет скорости совсем немного, но этого достаточно, потому что скорость относительна и зависит от системы отсчёта. Вы уже ссылались на теорию относительности, значит, знакомы с ней. Всегда найдётся такая система отсчёта, в которой корабль движется с околосветовой скоростью.
– Профессор нам это говорил. Но не смог ответить, зачем тогда вообще нужно разгоняться, почему не сделать скачок при низкой скорости относительно планеты, с которой стартовали.
– Капитан, для перехода в пространство Стоуна требуется определённая скорость относительно космоса, или, если угодно, относительно ближайших звёзд. Она зависит от многих параметров – характеристик гравитационного поля в точке перехода, плотности вакуума и множества других. Рассчитать её теоретически можно, но на практике – бесполезно, потому что пока будут измеряться параметры, корабль уйдёт из точки, где они измерялись. Но приблизительный расчёт начальной скорости скачка сделать легко, для этого не нужен искин – формулы есть в справочнике навигатора, и они не очень сложны. А точную скорость определяет пилот. Он чувствует по особой вибрации корабля, что уже пора, и добавляет ускорения до шести же. Этого достаточно для скачка.