– Важно. Я читал, что дети получают генетический материал сразу от всех мужчин, что когда-либо были у женщины.
– Эта гипотеза называется «телегония», – уточнила Джоконда. – Она давно отвергнута. Современная наука её не признаёт.
– Я не настолько верю в современную науку, чтобы полностью полагаться на её мнение. Учёные – обычные люди, со своими ошибками и заблуждениями. Когда-то и сверхсветовые полёты считались невозможными.
Мне этот разговор нравился всё меньше и меньше, и Джоконда прервала его удивительно вовремя.
– Экипажу приготовиться к включению тяги в четыре же. Десять, девять, восемь, семь…
Когда она произнесла «ноль», исчезло противное чувство падения, вернулись верх и низ. Довольный Леон объявил, что вновь чувствует себя нормальным человеком, хоть сила искусственной тяжести для него слегка великовата.
Глава 20
То, что высказал Леон в адрес женщин, живущих интимной жизнью вне брака, я не раз читала и в книгах, и в планетарных компьютерных сетях. Это, наверно, обычное мнение планетников, по крайней мере, многих из них. Космики считают иначе, хотя бы потому, что у нас браков нет вообще. Люди совместно владеют одном кораблём, какие ещё договора тут могут понадобиться? На некоторых планетах тоже есть нечто похожее, называется сожительством или гражданским браком. Но на планете человек любого пола, как правило, совокупляется с несколькими партнёрами, то есть, состоит одновременно в нескольких гражданских браках, а на корабле такое случается гораздо реже.
Конечно, ничего не мешает летать втроём, но и из этого скорее получится не два обычных гражданских брака, а один групповой. В любом случае, экипаж из троих взрослых – большая редкость. Это невыгодно финансово – прибыль делится на троих, а не на двоих. Рано или поздно кому-то придёт в голову избавиться от третьего, ведь говорят же, что третий – лишний. Похоже, что лишним уже становится и второй. Раньше я считала, что бортовой компьютер не способен заменить пилота, так мне когда-то сказали родители, но теперь вижу, что Джоконда отлично справляется. А что ей не очень удаются атмосферные полёты, так взлетать и садиться вполне способен и бортмеханик, без которого пока всё равно не обойтись – ремонтных роботов изобрести пока так и не смогли.
Меня для того и убрали с семейного корабля, чтоб не создавала там сексуальных проблем. Папа мной в этом плане не интересовался, а вот с братом мама нас разок застала, кто ж знал, что ей не спится на моей вахте? Тогда она и решила, что в ближайшем порту я отправлюсь на вольные хлеба. Почему я, а не брат, выяснять не стала. Он тоже объявил, что покинет корабль вместе со мной, но ближе к посадке передумал. Я этому ничуть не удивилась – капитаны-женщины неохотно нанимают сопляков, именно из-за секса, а капитаны-мужчины, готовые нанять юношу… Скажем так, мой брат не по этой части.
Несмотря на своё презрение к женщинам с сексуальным опытом, Леон вовсе не отказался от регулярной близости со мной. Я отнеслась к этому спокойно – нам осталось закончить рейс на Мекку и перелететь на Мордор. Там мы расстанемся навсегда. В космосе почти все расставания – навсегда. Немногочисленные исключения – когда с кем-то летишь одновременно по одним и тем же линиям Большого Кольца. Очень надеюсь, что мы с Леоном не будем одновременно там летать.
С литературой мне тоже не повезло. Принц не простил своей возлюбленной оргазм на единороге, и расстался с ней примерно в пяти милях от хижины монаха. До монаха она с трудом, но добрела, вот только оказалось, что под личиной религиозного деятеля скрывался маньяк-оборотень. Он ещё не закончил издевательства над забредшей к нему наивной жертвой, как туда явился принц, желающий немедленно обвенчаться с вдовой только что убитого им лепрекона. Дальше я читать не стала, попросила у Джоконды какую-нибудь современную научно-популярную книжку о космосе. Все, что были у меня на мобильном, я уже перечитала.
Она предложила мне вышедшую месяц назад на Фьорде «Большое кольцо – тормоз прогресса». Автор, местный планетник, пытался доказать, что в экономической модели Кольца никакие радикальные технические новшества невозможны. Например, изобретённый на Фьорде реактивный двигатель нового типа во всех отношениях лучше традиционного и давно используется на местном воздушном транспорте, но в космосе спроса не имеет совсем – ему нужно нестандартное топливо, и никто не даст гарантии, что на других планетах будет легко его раздобыть.
Даже мелкие усовершенствования систем регенерации внедряются неохотно из-за боязни в случае поломки не найти нужных запчастей на замену. Более того, в программном обеспечении, казалось бы, совершенно независимом от ремонтной базы и снабжения, тоже не всё в порядке. Ещё на древней Земле были разработаны беспилотные летательные аппараты, управляемые ботами. Они сами превосходно и взлетали, и садились. Даже ракеты, выведя полезный груз на орбиту, самостоятельно совершали мягкую посадку. Ныне же не то что боты, а даже искины не способны летать в атмосфере, хотя опыт предков однозначно говорит, что это возможно.