— Ты что там? — уточнил у меня Дима смотря в зеркало заднего вида.
— Да, ужин сорвался с сексом. — проговорил я, убирая телефон.
— С той милфой рыженькой? — продолжил Дима.
А мой мозг пошёл шуршать по сусекам, что такое «милфа», и нашёл расплывчатый тезис: «Сексуальная женщина старше тебя по возрасту».
— А что пишет? Если не секрет, конечно. — спросил Дима.
— Да какой там секрет, у Славы всегда есть список стопроцентных вариантов, главное — как он это делает; я старший сержант не могу, а он малдший — может. — высказался Лаечко.
— Видимо, дело не в толщине лычек. — усмехнулся Дима. — Так что с милфой?
Я прислушался к своей чести и совести и понял, что могу обсуждать девушек с коллегами в рамках, не касающихся сексуальных подробностей, и, конечно, только тех, связь с кем уже рассекречена и не может скомпрометировать никого. А Слава и правда был ходок. И будет несправедливо занимать его роль в этой игре. Одно дело — жуликов крепить, а другое дело — пользоваться уже завоёванными сердцами, или что там теперь молодёжь завоёвывает.
— Хочет, чтобы я с ней жил. — выдал я.
— Мне кажется, девушка переоценивает ценность своего борща. — ответил Лаечко.
— Борщ — важная тема, особенно если тебя дома кто-то с работы ждёт, — пожал плечами Дима.
— Ну и что ты решил? — спросил меня старший.
— Решил жить по совести. — произнёс я, немного подумав.
— Я бы мозги ей пролюбил-бы и ещё бы месяца два встречался. — резюмировал старший. — А ты, Дим?
— А я женат и во грехе не живу. — ответил водитель, улыбаясь.
— А, ну да, точно, во грехе. — посмеялся Лаечко, и они с водителем посмотрели на меня, ожидая моей реакции.
— Что? — спросил я.
— А, ты же у нас контуженный?.. — тоже вспомнил Лаечко. — Помнишь, ты рассказывал, что на ВВК к тебе психиатр докопалась: «почему ты живёшь во грехе?»
— Не, не помню. — ответил я.
— Ну зато у твоей амнезии много плюсов: ты «Игру престолов» можешь пересмотреть, «Рика и Морти», «Во все тяжкие»… — начал перечислять Дима.
Я ничего не ответил, мне бы с современной историей России разобраться и как-то взять за жопу Зубчихина, без пяти минут мэра. Выглянув в окно, я снова заметил очередной предвыборный билборд с ним. Улыбающееся лицо хорошо одетого мужчины с белыми зубами, словно их только что покрасили краской, избирающегося от партии «Альтернатива». Вряд ли это по силам младшему сержанту полиции, по крайней мере тому, кто меры в женщинах и пиве не знает и не хочет знать.
Время шло, и уже было больше девяти вечера, а мы всё колесили и колесили по сдвоенному квадрату патрулирования. И тут заговорил Курган:
— Казанка, поступил вызов через 02, говорят, на Лыткина, 2, между этажами спит человек.
— А что с ним? — спросил дежурный ОВО.
— У него на спине написано «Росгвардия».
Глава 14
Картонка
— 305-тый, Казанке, — вызвали нас.
— Проехать посмотреть? — догадался Лаечко.
— Только аккуратно. И позвони мне сейчас, — распорядился дежурный ОВО.
— Да? — произнёс Лаечко, когда набрал дежурного, поставив телефон на громкую связь.
— Сейчас проедешь, действуй как на тревожной кнопке. Третий у тебя без оружия, оставь его на рации, сам с водителем вверх, — инструктировал нас капитан Мельников.
— Да он уснул там просто, зумеры совсем службу нести не могут, — попытался сбросить градус тревоги наш старший.
— Я тебе говорю, действуй как по нажатию тревожной кнопки. Туда Гусев выдвинулся.
Повисло секундное молчание.
— Понял, — вздохнул Лаечко и повесил трубку.
— Что там? — спросил у него Дима.
— Гусев… — проговорил старший, словно это всё объясняло. — Экипаж, слушай мою команду: экипироваться. Во время прибытия Слава на рации, мы с тобой, Дима, прикрывая друг друга, заходим в подъезд.
— Как работаем? — уточнил Дима.
— Как на учениях… — прозвенел металл в голосе Лаечко.
Подъезжая к объекту, я подал Лаечко каску и броню. Потом тот дождался сигнала от водителя и, придержав руль на прямой дороге, дал Диме экипироваться тоже. Последним оделся я.
Двор квартиры на Лыткина, 2, встретил нас заставленными машинами, и это вызывало у меня контраст с 90-тыми, когда дворы были пустынны и машины хранили в гаражах, опасаясь краж и бытовых хулиганств с имуществом. Кто бы ни был нынешний президент, пока что я видел от его управления страной только плюсы. Машины иностранные повсюду — это означает, что люди стали жить лучше. С другой стороны, гаражей нигде нет, кроме стационарных, хотя они и не нужны особо, ведь у всех сигнализации.