Более ничего толкового в той книге нам узнать не удалось, кроме, разве что, места, где в то время находился этот полк. Впрочем, это место под названием Лонгве упоминалось в старой хозяйственной книге не единожды, ведь полк простоял в той местности несколько месяцев.
– Лонгве?.. – в голосе отца Арсиния прозвучало искреннее удивление. – Однако... Вы хотя бы имеете представление, где это?
– Ну, мы смотрели карты, которые есть в библиотеке Святой Инквизиции...
– Это не карты, а какие-то эскизы!.. – инквизитор только головой покачал. – Не советую ориентироваться на то, что на них изображено. Должен сказать, что более-менее точных карт Таньики нет даже у нас, хотя мы и пытаемся их составлять по мере наших сил и скромных возможностей. А уж про те старые наброски, которые вы изучали в библиотеке Святой инквизиции, громко именуемые картами... О них можно даже не говорить.
– Возможно, я выразился не совсем верно, но мы смотрели и старые карты, те, что были составлены военными в то время, когда там шли боевые действия.
– Ну, военных карт я никогда не видел, но все же рискну высказать предположение, что и там хватает неточностей... – подосадовал отец Арсиний. – Я уже не раз просил прислать сюда хорошего картографа, но пока что мои просьбы остаются без ответа... Так вот, что касается вашего вопроса: Лонгве – это довольно далеко отсюда, и добраться до тех мест весьма непросто и небезопасно – на Черном Континенте очень не любят пришельцев. Если в городах все относительно спокойно – во всяком случае, внешне выглядит таковым, то вглубь страны чужакам без должной охраны отправляться ни в коем случае не стоит. Говоря проще – это смертельно опасно. Культ кровавых Богов, который существовал здесь веками, и человеческие жертвоприношения – все это никуда не делось, так что у вас есть все шансы не вернуться назад.
– Мы понимаем.
– Вряд ли понимаете... – вздохнул отец Арсиний. – Однако, судя по всему, доказывать вам что-либо или взывать к разуму не имеет смысла.
– Согласен: в любое другое время и при иных обстоятельствах нам следовало бы прислушаться к вашим словам, но в данный момент мы состоим на службе Святой Инквизиции и у нас приказ... – Себастьян развел руками.
– Еще я никак не могу взять в толк, отчего вас отправили в наш город... – инквизитор по-прежнему не выпускал письмо из рук. – Куда удобнее и ближе добираться до Лонгве не отсюда, а из другого порта.
– Просто «Белая медуза» – это был ближайший по времени корабль, уходящий в Таньику, а другого судна нам пришлось бы ожидать какое-то время. Кроме того, «Белая медуза» – это достаточно быстроходная хм... посудина.
– Я могу узнать цель вашей поездки?.. – поинтересовался святой отец. Видимо, он понял, что и далее увещевать нас бесполезно.
– Увы. Я прощу прощения, но...
– Хорошо, хорошо... – инквизитор вновь пробежал глазами письмо. – Что ж, как я понял, прежде всего, вам нужен проводник, знающий местность и владеющий здешним языком.
– А еще необходимо, чтоб он помог нам добраться до места.
– Поступим так... – отец Арсиний откинулся в кресле. – Вас сейчас отведут в гостевые комнаты – у нас тут скромно, но зато безопасно, так что вы можете отдохнуть после долгой дороги. Тем временем я подумаю, что тут можно предпринять. Ну, а вечером мы поговорим обо всем более подробно.
– Ко всему прочему мне бы хотелось сказать, что у нас мало времени... – начал, было, Себастьян, но инквизитор поднял руку:
– Я это понял. Да, и вот еще что: в этом здании свободных помещений не так много, но, тем не менее, мы строго придерживаемся законов нашего Ордена. Я имею в виду, что каждый из вас имеет право покинуть отведенную ему комнату только после нашего разрешения.
– Мы не собираемся нарушать утвержденные правила.
– Ну и прекрасно.
Все тот же мужчина в темной монашеской одежде, который встретил нас у входа, проводил меня и Себастьяна в отведенные нам крохотные комнатки. Не знаю, в каких условиях живут здешние монахи, но те крохотные помещеньица, что нам выделили, трудно было назвать иным словом, как каморка, в которой помещается только нечто похожее на простой деревянный топчан и колченогий табурет. Что касается света, то он проникал сквозь крохотное окошечко, забранное решеткой.