Ага... – подумалось мне. – Ага, как же, в этом у меня тоже сомнений нет! Да там все переругались бы еще в то время, когда стали делить камни! Наверняка дело бы дошло до кровавых схваток! Впрочем, если б даже камни сумели поделить полюбовно, и люди возвращались назад с карманами, туго набитыми алмазами, то и в этом случае каждый человек глядел волком друг на друга, и мечтал только о том, как бы еще увеличить доставшиеся ему сокровища за счет содержимого карманов своих друзей-приятелей. Вернее, уже бывших друзей... Ох, боюсь, немногие дошли бы до побережья живыми и здоровыми!
– Это все интересно и познавательно, но давайте поговорим лучше по делу... – брат Владий по-прежнему не выпускал их рук пергамент. – Знаете, что я вам скажу? Кажется, я догадываюсь, куда нам сейчас надо идти. Жаль, что вы мне так поздно рассказали мне о том, зачем приехали сюда – я бы по своей карте быстрее сориентировался по месту, а так придется восстанавливать дорогу по памяти. Как вы заметили, брать с собой в дорогу карту я не стал – не хочется таскать лишнюю тяжесть, да и незачем, а если со мной что случится, то и карта пропадет.
– Мы понимаем...
– Да ладно... – махнул рукой инквизитор. – Давайте сложим вместе все имеющиеся факты. Итак, что у нас есть? Где в Лонгве когда-то находился военный лагерь – это я знаю лишь примерно, но мне точно известно, где находится разрушенный храм Вухуду. Стало быть, много лет назад оттуда ранним утром вышли жрецы, взяв с собой изваяние Вухуду, чтоб перевезти его в более надежное место, а с другой стороны из военного лагеря вышел отряд, направляющийся в селение, название которой начинается на букву «Д». Прикинем расстояние, которое можно пройти за несколько часов до наступления дневной жары, а заодно посчитаем, где в округе находится такая деревня, и до которой можно дойти и вернуться за один день. Я вам уже говорил, что в округе находится четыре деревушки, название которых начинается на все ту же букву «Д», но два селения можно смело откинуть – они находятся достаточно далеко от этих мест. Из двух оставшихся деревушек я выбираю ту, которая называется Доххто. Причин этому несколько, в том числе и та, что неподалеку от Доххто есть небольшой оазис, то бишь зеленая рощица и ручеек... Впрочем, у второй деревушки он тоже имеется.
– Но вы, тем не менее, сделали свой выбор.
– Я почти уверен, что солдаты отправлялись именно в Доххто. Зачем? Мне кажется, они должны были э-э-э... доходчиво дать понять местным жителям, что не стоит так резко конфликтовать с военными. Если это действительно так, то затея заранее была обречена на провал. Жители этого селения всегда славились ярой приверженностью Вухуду. Хотя почему славились? Они и сейчас верные последователи кровавого Бога, и очень не любят чужаков, причем это едва ли не в равной мере относится как к белым людям, так и тем своим соплеменникам, кто недостаточно восхваляет Вухуду. Кстати, знаете, как у них принято приносить жертвы кровавому Богу? На жертвоприношениях во славу Вухуду, помимо обычных способов умерщвления, в Доххто часто сжигают людей живьем, что, вообще-то, делать не принято, но в то же время и не запрещается. Вы рассказывали, что солдаты на второй день сожгли убитых жрецов, верно? Так вот, именно это и помогло направить поиски изваяния Вухуду мимо этого места. Обнаружив в свое время обгоревшие до неузнаваемости тела людей (вернее, то, что от них могло остаться) неподалеку от Доххто, никто и подумать не мог, что это не очередное жертвоприношение, а останки пропавших жрецов, которых все так разыскивают, и уж тем более никому не могло придти в голову, что рядом спрятан их священный идол.
– И сколько же времени у нас уйдет, чтоб добираться до того оазиса, то есть до рощицы?
– Если ничего не произойдет в дороге, то окажемся там завтра, во второй половине дня.
– Что ж, неплохо... – заметил Себастьян. – А вы хорошо знаете здешние места...
– К несчастью... – пробурчал брат Владий. – В свое время мне пришлось здесь побывать, и воспоминания остались далеко не самые лучшие.