– Так на то они и деревенские...
– Э, нет... – возразил инквизитор. – Я бы не советовал относиться к тем людям столь легкомысленно. Здешние деревенские колдуны знают и умеют очень многое, потому как слабому колдунишке тут делать нечего – он просто не выживет среди постоянных опасностей и тех сложностей, с которыми ему приходится сталкиваться едва ли не ежедневно.
– Дело не в ошибке, а в том, что я раньше должен был сопоставить факты и придти к правильным выводам... – Себастьян ударил кулаком по сухой земле. – И маркиза следовало прижать к ногтю сразу же, без лишних разговоров. Я же решил для начала найти изваяние, а уж потом принимать все остальные решения.
– А что вы скажете о самом изваянии?.. – спросил брат Владий. – Вы провели немало времени рядом с ним, рассматривали, даже откололи пару небольших кусков...
– Единственное, что я могу сказать – этому каменному идолу не место среди людей... – голос Себастьяна был жестким. – Я и ранее слышал предположения, что внутри изваяния живет некая сущность, враждебная человечеству – и теперь могу со всей очевидностью утверждать, что так оно и есть в действительности.
– А вы не можете...
– Нет... – Себастьян оборвал брата Владия. – Нет. Сущность мощная, и справиться с ней мне не по силам – тут нужны совместные усилия нескольких сильных магов. Верно и то, что эта самая сущность питается некими эманациями пролитой крови и человеческих страданий, и чем больше будет пролито крови, и чем сильнее жертвы будут мучиться перед смертью – тем довольнее и сытее становится Вухуду. Этот кровавый Бог, кстати, дарит своим последователям более долгую жизнь, а жрецам понемногу приоткрывает тайны темного колдовства. Похоже, что высшие жрецы, прислуживающие Вухуду, иногда общаются с ним на ментальном уровне...
– На каком?.. – не поняла я.
– Неважно... – отмахнулся Себастьян. – Гораздо важнее другое: сейчас кровавый Бог проснулся от долгого сна, и очень голоден. Он настолько жаждет крови, что словами подобное просто не описать. Вы представляете, на какие преступления сейчас пойдут жрецы, чтоб насытить своего вновь обретенного Бога? Да они в самое ближайшее время под нож пустят десятки тысяч людей, если не больше! Похоже, на Черном Континенте закончилась сравнительно спокойная жизнь.
– Да она таковой тут никогда и не была... – проворчал брат Владий.
– Тем не менее, в самое ближайшее время Черный Континент ждут еще более худшие времена. И вот еще что... – продолжал Себастьян. – Хорошо, что в то давнее время никто из солдат не разбил статую кровавого Бога, когда она попала к ним в руки. Не знаю, какими бы тогда могли быть последствия, но явно далеко не самые лучшие. Сущность, освобожденная из камня, должна была искать для себя другое тело, и в кого бы она переселилась – это еще тот вопрос. То же самое произошло бы в том случае, если б мы перед своим уходом постарались разбить изваяние Вухуду.
Да уж, ничего не скажешь – невеселая перспектива. Однако мне бы хотелось получить ответ на другой вопрос, который меня интересовал уже давненько.
– Брат Владий, а те две деревянные дощечки, о которых говорил маркиз Вей, и за возвращение которых были обещаны большие деньги... Вы не знаете, для чего они были нужны, эти самые деревяшки?
– На этот вопрос я вряд ли смогу дать вам точный ответ, скажу лишь то, что знаю понаслышке. Днем изваяние Вухуду всегда охраняли жрецы и воины, а вот с наступлением ночи кровавый Бог всегда оставался один – говорят, в темноте он высасывал жизнь из тех людей, кто находился подле него, и потому ночами Вухуду поневоле приходилось оставлять одного. Правда, без охраны он все одно не находился, и охраной служили как раз те самые деревянные дощечки. Утверждают, что жрецы, перед тем, как вечером покинуть зал, где находилось изваяние кровавого Бога, словно включали эти таблички, и сразу же уходили, наглухо закрыв все двери и окна.
– Почему?
– Да потому что каждый, у кого хватало ловкости, дерзости или наглости пробраться ночью в зал, где находился Вухуду – тот человек умирал, и его безжизненное тело утром выкидывали вон. Понятно, что эти деревяшки тоже созданы темными силами со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами. По слухам, через эти самые таблички в наш мир лезли создания Темных Небес, для которых забрать человеческую жизнь ничего не стоило. Говорят, что от тех существ веяло настоящим холодом, и они не раз пытались выйти наружу, вовсю старались хотя бы ненадолго покинуть зал Вухуду, но на каждую из дверей и запоров на окнах жрецами были наложены мощные заклинания, преодолеть которые создания Темных Небес были не в силах. Болтали и о том, что по ночам из зала кровавого Бога каких только звуков не доносилось – вой, рычание, скрежет, стоны... Жуть, в общем. А наутро, когда всходило солнце и освещало зал, где находился Вухуду, то никаких чудищ нам уже не было, и холодом тоже не веяло.