Абрагаль обмяк и перестал двигаться, потеряв только что восстановленные силы.
Время в пещере замерло. Ничего не происходило. Тишина и покой.
Праведный дух очнулся первым. Энергия питающая сущность не прекращала поступать из поддерживающего его канала родного измерения. С мятежным духом было все по–другому. Он сам себя обеспечивал энергией. Вчужом мире ему приходилось собирать по силу крупицам, поэтому восстанавливался он гораздо медленней.
Выпрямившись в ловушке, Абрагаль для начала решил извлечь из камня свой меч. Кинжалом в левой руке он ударил по слою породы державший артефакт, и камень пошел трещинами освобождая меч.
Дух повис на мече на короткие мгновения потеряв контроль над телом, но тут же пришел в себя. Надо было выбираться из западни расставленной ему мятежником. Он поднял над собой меч, на миг замер, и когда лезвие сверкнуло перламутром ударил о камень, державший его в плену. Энергия из клинка перетекла в место удара. Порода как лед во время половодья затрещала. В разные стороны побежала целая сетка трещинок, увеличивающаяся в размерах и превращая монолитный пласт породы в мелкое крошево. Освобожденный дух сумел выбраться на кучу камней и упал. Он лежал не шевелясь, выпитый до дна.
Время шло. В пещере вновь ничего не происходило.
И вот Абрагаль начал приходить в себя. Использование столь огромной силы и пропускание через себя такого потока магической энергии не могло ни сказаться на обладателе священного оружия.
Через несколько минут после первых попыток пошевелиться дух неуверенно встал. Оглядел пещеру что–то ища. Остановил свой взгляд на ручке саквояжа, торчащего из–под груды камней. Подошел покачиваясь. Взялся за ручку. Потянул. С небольшим усилием, вместилище магических предметов поддалось и вышло из плена каменных обломков. Абрагаль открыл его и высыпал содержимое на пол. Духу не был нужен этот бесполезный хлам, который так ценил прежний обладатель, ему нужен был саквояж. Камень с душой при прямом касании забирал слишком много сил, которых у него и так не осталось. Перешагнув через кучку волшебных вещей, он неуверенной походкой направился к поверженному врагу. Тот лежал неподвижно. Но когда праведник наклонился и взял кусок породы в руку, мятежный дух открыл глаза и из его утробы прозвучал слабый и надтреснутый голос:
– Я рад что сумел оказать тебе достойной сопротивление. Не радует меня только собственная глупость. Надо было сначала поднять кольцо, которое мне принес этот маг–человечишка. Тогда бы мы схлестнулись на равных. И не известно было бы кто сейчас лежал бы у ног победителя без сил.
– Ты мнишь себя всесильным?! – ответил мятежнику Абрагаль. – Так знай – Ты мое первое задание, возложенное на меня создателем!
Секундное молчание после сказанного прервалось хриплым смехом мятежного духа.
–Вот значит, как! – отсмеявшись изрек мятежник. – Тогда делай что должен и покончим с этим.
Абрагаль вытянул руку над поверженным врагом, и к камню заструилась магическая энергия. Обломок начал наливаться светом превращаясь в кристалл коричневого цвета с перламутровыми, постоянно движущимися внутри, волнами. Праведник начал приближать руку с кристаллом к пленному врагу. Вся сущность врага подалась вверх. И в определенный момент тело лежащего на полу пещеры мятежного духа стало распадаться на клочки черного тумана и впитываться в кристалл. Через несколько мгновений все закончилось.
Абрагаль присел на одно колено переводя дух. Процедура пленения забрала слишком много сил.
Поднявшись во весь рост и положив кристалл в саквояж, охотник за мятежниками неуверенной походкой двинулся из пещеры в обратный путь, но не к королю Тахо, а в открытый в укромном, только ему известном месте портал. К своему истинному повелителю.
***
Гоблин Покука сидел в кустах акации возле пещеры уже два дня и две ночи. Хорошо хоть сладких кузнечиков здесь в этой долине полно, да и другой живности, то лягушки какие–то, то букашка. С голоду не умрешь. Ах как приятно положить такого кузнечика на язык и раскусить его. Из него потечет сладкий сок, а он задрыгает ножками и пощекочет язык. Покуку аж передернуло от удовольствия, и он стал искать вокруг себя в траве кузнечика. Ага вот он. Ловкий гоблин цоп и кузнечик у него в руках. Раз и довольный Покука уже смакует свой завтрак.
– Ох уж этот урод карлик, – который уже раз жаловался сам себе Покука. – Зачем притащил Покуку под этот куст? Зачем посадил и заставил ждать? Чего ждать то? «Если появится из пещеры человек и поставит перед тобой мешок или сумку, то ты должен залезть в нее и украсть ее содержимое, что бы там не лежало. А потом бежать к ручью и бросить туда украденную вещь!» Глупый карлик! Какие люди могут выйти из нашей пещеры? Да мои хозяева орки их живьем сожрут. Особенно Клыкан. Он жуть как зол на людей! Они весь его отряд посекли, и теперь он в простых воинах ходит. Глупый карлик! Зачем мои ноги обездвижил? Теперь Покука ходить не может, а то бы давно сбежал из этих проклятущих кустов. «Ты сможешь ходить, как только украдешь нужную мне вещь!» Глупый, глупый, глупый карлик! Я за два дня уже всю задницу отсидел. А сколько страху то натерпелся! То адские псы мимо тебя пробегают, то орки со своими ятаганами и чуть не наступают на Покуку. Этот глупый карлик накрыл Покуку сверху платком: «Под этим платком ты будешь невидим. Не снимай его.» А Покуке жарко под этим платком. Но Покука терпеливый. И не такое терпел. А еще Покука самый ловкий гоблин не то что эти Трактул и Стрекало. Дурачки никогда ничего толком стащить не могут. Вечно получают побои. Синяки и шишки с них не сходят. Толи дело я, Покука, почти никогда не попадаюсь. У самого Кровоноса, самого здоровенного орка, стащил со стола обглоданную кость. Правда он заметил и отвесил мне такой пинок, что Покука три дня сесть не мог. Но кость то осталась у меня. Вот какой Покука ловкий! Не зря же этот урод карлик меня, Покуку, выбрал. А вот украду из сумки человека штуковину, и карлик меня наградит. Он обещал. Попрошу его пусть превратит меня в здоровенного клыкастого орка. Тогда все девчонки на шабашах мои будут. Тогда я даже к Лилюке, Мананаке и Саламане подкатить смогу, и никто мне и слова не скажет, ни то что побить. А может мне в самого огра превратиться!? Буду шаманить и колдовать, так меня и орки бояться будут. Я Сам буду ходить и оркам пендели раздавать, да будущее предсказывать. Как этот чертов Крах! Это с его предсказаниями Покуку карлик посадил под этот куст. Глупый карлик. А с другой стороны, наверное, это хорошо. Орки и люди вон как посекли друг друга. Поубивали. И гоблинов поубивали. Если бы Покука мог бегать то, убежал бы отсюда: перед тобой летают, то стрелы, а то адский пес из пещеры вышел и все труппы сожрал. Даже не дал Покуке по карманам пошарить. Ух образина.