Бормоча под нос ругательства, гоблин уполз от бывшей пещеры шагов на пятьсот, когда почувствовал, что уже может ходить и кровь притекла к отсиженным местам. Тогда он встал и поковылял как можно быстрее, а потом и вовсе побежал к месту, куда его с другими гоблинами посылали за водой. Еще немного еще чуть-чуть. Вот и показалась едва заметная звериная тропинка. Вот и куст терна за которым протекала довольно крупный ручей. Гоблин выскочил из-за куста и с размаху швырну камень в прозрачную воду ручья.
– Вот тебе! – выкрикнул Покука. – Давай камень превращай меня в орка! Я сделал, что приказал глупый карлик!
Но ничего не происходило.
– Это нечестно! – начал канючить Покука. – Это не должно быть так! Я же сделал…
Гоблин осекся, глядя в то место куда упала его ноша. Вода забурлила и пошел сизый пар, который начал застилать всю поверхность ручья. Покука насторожился и попятился.
– Эй! Ты кто? Или что?…– дрожащим голосом прогнусавил Покука. – Давай, превращай меня в орка! Большого и сильного!
Гоблин перешел на шепот:
– Я уже готов! Эй!
Из воды над сизым туманом поднялся столб перламутрового света величиной с человеческий рост и замер.
Покука весь сжался и начал пятится. Из столба вылетела молния и ударила в гоблина. Вспыхнуло фиолетовое пламя, которое через несколько мгновений спало, оставив на его месте кучку сизого пепла.
***
Сизый туман, застлавший гладь ручья начал рассеиваться, а столб перламутрового света посерел, сформировался в фигуру-силуэт: две руки, две ноги, голова. Фигура начала обрастать плотью, а свечение исчезать. И вот по колено в воде стоит уже карлик Гого. Он пробует пошевелить руками. Получается плохо не складно. Затем пытается сделать шаг и падает в ручей на четвереньки. Трансформация завершена.
Многие годы назад он уже проходил через это. Когда он только пришел в этот мир и сразу столкнулся с одиноким заблудившимся в лесу карликом, с которого убил, забрав себе внешность зеленокожего, прочитав мысли жертвы он узнал что его звали Гого, ничего против такого имени дух не имел. И теперь спустя века этого имени боятся короли, услышав его трепещут даже самые могущественные маги.
– Вот ведь, ‒ шёпотом проворчал карлик. – придется заново учиться осваивать неудобное тело, но сначала надо выползти из …как там ее называют…воды. А то некомфортно для этой оболочки находиться в жидкой и холодной субстанции. И карлик пополз, неуклюже на четвереньках. Сначала медленно, а затем побыстрее пока не выбрался на пологий берег заросший густой высокой травой. Выполз и растянулся у самой кромки воды.
– Надо набирать силу, – прошептал Гого. – Иначе я просто ничтожество. Плохо что здесь, в этом мире, магические каналы очень слабы и быстро восстановиться не получается. Плохо то, что в пещере осталось то кольцо, которое принес мне глупый человечишка маг. «Колодец маны». Прямой доступ к каналам магической энергии. Сейчас бы я здесь не лежал.
И карлик закатил глаза и затих
***
– … наши доблестные воины порубали в капусту орков, засевших на дороге в Луговину, а маг справился с карликом колдуном.Только силы были неравные и все погибли в бою. Мне одному посчастливилось остаться в живых. Но дорого свободна и ни что вам теперь не угрожает! – закончил рассказ Кнут.
– Это конечно хорошо, – задумчиво ответил староста. – Давно нам пора платить налог нашему королю Тахо. Но что–то боязно ехать, хоть ты и сказал, что все в порядке. Не проводишь наш обоз до города?
– Почему не проводить? Провожу! – согласился гость. – Только не до города, а до главного тракта. Проведу ваших мужиков через опасные места, выход из луговины, а там извиняйте у меня свои дела.
– И то ладно! – сказал староста. – И на том спасибо! Пойду распоряжусь, что бы обоз собирали да отправитесь сегодня же. А то как бы неприятностей не было со стороны нашего короля Тахо.
Это правильно. Затягивать нельзя. – подтвердил Кнут. – А то мало ли чего. А не видал ли кто моей дорожной сумки? Она со мной должна была быть.
Гость с озабоченным видом за озирался, спохватившись о пропаже.
– Сумка твоя сынок в холодной стоит. Ничего с ней не случилось. – ответила бабка хозяйка, суетясь возле печки и собирая посуду после завтрака. – Да и пустая она.
– Как пустая? – поднял брови Кнут в удивлении. – Там точно ничего не было?
– Кроме пригоршни песка, ничего. – пожала бабка плечами. – Уж извини меня старую за любопытство! Такая то богатая сумка и пустая! Сама удивилась. Любопытно стало чего в таких сумках носят–то?
– Да там… – в растерянности и задумчивости сказал Кнут. – А давно я здесь прохлаждаюсь – День? Два?