– Вот оно, наверное, каково – быть призраком, – предположил Тафф, когда они направились в сторону замка. Он помахал ближайшему стражнику.
– Эй! Поглядите! Вот он я! Я из будущего!
Тот и глазом не моргнул.
– Тафф, – сказала Кара. – Давай не будем…
– …баловаться с людьми из прошлого, которые тебя не видят.
Он вздохнул и покачал головой.
– Кара, я тебя очень люблю, но у тебя на все случаи жизни есть свои правила!
Чуть поодаль на границе красного пространства виднелся длинный обоз фургонов, стоящих на солнце. Ребята пошли в ту сторону, волоча за собой канат. Двигались они медленно: Кара чувствовала, что к концу дня она себе все руки сотрёт. Жалко, что перчатки не надела.
Наконец они поравнялись с повозками и обнаружили, что на краю красной корки собралась небольшая группа людей. Все они явно обсуждали нечто важное. Пятеро сидели на низких табуретах. Шестой стоял у стола, на котором были выставлены в ряд пять красных шкатулок. Четыре из них – одинакового размера, примерно такого, чтобы туда мог влезть десяток яблок. Пятая была намного меньше. У них дома, в Де-Норане, в такой шкатулочке могло бы храниться обручальное кольцо – подарок влюблённого своей возлюбленной.
Человек у стола обернулся. Кара тотчас же узнала его.
– Это же Минот Дравания! – сообщила она Таффу, схватив его за локоть. Директор школы Сейблторн не очень изменился по сравнению с тем, каким Кара видела его в Колодце Ведьм: лысина, родимое пятно на пол-лица, добрые глаза. Только одежда была другая. Вместо зелёного одеяния – белый плащ парадного вида, расшитый серебряными рунами.
«Вот почему башня отправила нас сюда, – подумала Кара. Она бросилась к директору так быстро, как только можно было бежать, не отпуская каната. – Такой могущественный вексари, как Минот, меня уж точно увидит! Он ответит на все мои вопросы, на те, что я не успела задать тогда в Колодце».
Но хотя Кара остановилась прямо напротив вексари, он не обратил на неё никакого внимания. Очевидно, сквозь туманы времени не мог видеть даже Минот Дравания.
«Башня отправила нас сюда не случайно, – подумала Кара, проглотив своё разочарование. – Хоть я и не могу поговорить с Минотом напрямую, я наверняка многое узнаю просто из их разговора».
Однако поначалу разговор был на удивление скучным. Очевидно, что пятеро мужчин и одна женщина не виделись много лет, и вежливость требовала, чтобы они сперва потратили некоторое время на светскую болтовню, прежде чем перешли к важным делам. Единственная польза, которую принесли Каре все эти разговоры о погоде и о семьях, состояла в том, что она разобралась, кто есть кто, так что к тому времени, как они наконец начали обсуждать то, зачем собрались, она уже всех их запомнила.
– Ну, хватит, – произнёс король Пента, покуривая трубку. Он выглядел слишком молодо для короля – ему было никак не больше сорока, и железная корона на его голове была простой, безо всяких там драгоценных камней. – Я вас всех очень люблю, однако я человек занятой и приехал издалека. Объясни же, Минот, для чего ты созвал нас всех в это жуткое место?
– Я как раз собиралась спросить о том же, – поддакнула единственная женщина Кенетта. Она вообще имела обыкновение поддакивать королю. На ней был стеклянный плащ, который сверкал на солнце. – Могли бы вместо этого посидеть у меня во дворце в Люксе, распить бутылочку лучшего винца в Сентиуме…
Мужчина слева от неё, Ландрис Ильма, буркнул что-то неодобрительное. Кенетта закатила глаза.
– Не думаешь же ты, что это пойло, которое у вас в Ильме называют вином, лучше, чем дары виноградников Люкса?
Кара уже наслушалась таких перепалок. Кроме Минота и короля, все остальные являлись представителями разных областей Сентиума: Ильма, Катт, Аурен и Люкс. И каждый из них был готов повздорить из-за любого пустяка.
– Достопочтенные гости, я прошу прощения за доставленные вам неудобства, – сказал Минот. Он говорил тихо, однако Ландрис с Кенеттой тотчас прекратили свою ребяческую ссору и обратились в слух. – Но замок Долроуз показался мне самым подходящим местом, чтобы сообщить вам эту новость. Как вам известно, мы много лет изучали «Вулькеру» у себя в Сейблторне, и хотя все попытки её уничтожить оказались тщетны, нам наконец удалось разделить её на четыре части.
Он обернулся к королю.
– Ваше величество, я знаю, как вы озабочены тем, что гримуар принцессы может попасть в дурные руки. Я предлагаю разослать эти гримы, как я их называю, в разные места, расположенные как можно дальше друг от друга, так, чтобы они никогда больше не соединились.