Когда ребята наконец обнаружили лестницу, ведущую к небольшому люку в потолке, Тафф ненадолго задержался, чтобы взглянуть на музейный зал через небольшое оконце.
– Куда это они все уходят? – спросил он.
Работники музея торопливо выпроваживали посетителей. Несмотря на то что толпа была большая, люди двигались размеренно, ровными рядами, стараясь не соприкасаться.
– Возможно, музей эвакуируют, чтобы удобней было искать нас, – предположил Лукас.
– Зачем? – спросил Тафф. – Мы же не можем затеряться среди посетителей. Мы вроде как бросаемся в глаза.
– Это неважно, – сказал Лукас, взбираясь наверх. – Главное, что все заняты.
Лукас открыл люк. Тяжёлый башмак ударил его в лицо, и парень полетел на пол.
– Смотрите-ка! – ощерился каттианин, с грохотом спрыгивая вниз. – Маленький чужак пытается воспользоваться моей лестницей!
Каттианин был огромный. Он не мог распрямиться во весь рост, не ударившись головой о трубы под потолком. Его воспалённое лицо было ярко-розовым, как будто он недавно обгорел на солнце. Лоб пересекали две вздутые вены.
– Чужачка! – скривился мужчина, глядя на Кару. – Экая пакость. Белёсая, как личинка. – Все пошли встречать Паучью Королеву. Извиняюсь, но мне придётся отвести вас троих к ней!
Он натянул на свои массивные лапищи рабочие перчатки.
– За это мне и моей семье достанется великая награда!
Кара попыталась было прошмыгнуть мимо него, но дядька оказался на удивление проворным. Он сцапал её рукой в перчатке и без труда поднял в воздух, держа на отлёте, будто пойманную змею, и отвернув лицо в сторону.
Тафф потянулся было за рогаткой, но вспомнил, что ей пришёл конец.
– А ты что ищешь, мальчишка-чужак? – осведомился мужчина. – Неважно. Ступай вперёд. Незачем причинять тебе вред.
Тафф, ссутулившись, принялся протискиваться мимо дядьки. Тот прижался к стене узкого коридора, стараясь избежать случайного контакта.
Тафф остановился, задрал голову и посмотрел на каттианина. Каре был знаком этот взгляд: он означал, что у Таффа в голове крутятся шестерёнки, формируется идея…
– Иди, иди! – бросил мужчина.
Тафф подпрыгнул и ткнул дядьку пальцем в шею.
– Не смей! – заорал тот, отпустил Кару и схватился за шею, как ошпаренный. – Да что ж ты… Да кто вас знает, какую жуткую заразу вы разносите, грязные чужаки?
Мужик зарычал и подался вперёд, норовя сцапать Таффа. Перекрещивающиеся вены на его лбу жутко вздулись.
Тафф чихнул ему прямо в лицо.
Мужик завизжал: длинно, истерично, неожиданно пронзительно. Он в ужасе отшатнулся, попятился, а потом развернулся и со всех ног помчался прочь от Таффа. Тут же с размаху ударился головой о низкую трубу и без сознания рухнул на пол.
Кара с Таффом уставились на неподвижного гиганта.
– Будь здоров! – восторженно воскликнула она.
Тафф рассмеялся.
Они подняли на ноги Лукаса. Его расквашенный нос всё ещё кровил после встречи с башмаком каттианина, однако за время службы у серых плащей Лукас переживал травмы и похуже. Поэтому он отмахнулся от Кары, которая пыталась помочь, и ограничился тем, что утёр нос рукавом.
– Сперва фаэникс меня через весь зал швырнул, теперь этот… – сконфузился Лукас. – Совсем я бестолковый, видно.
– Вовсе ты не бестолковый! – возразила Кара. – Бежим дальше!
Они вскарабкались по лестнице и очутились на небольшой площадке. Перед ними протянулись, уходя вдаль, два ряда расположенных через равные промежутки хрустальных сталактитов, свисающих с потолка, точно огромные сосульки. Свет пронизывал их насквозь, что делало их практически незаметными.
– Это дорожка! – поразился Тафф. Он наклонился и пощупал прозрачную сетку, туго натянутую между концами сталактитов. Нити были тонкими, словно рыболовная леска.
– Да ты что, эта штука нас не выдержит! – усомнилась Кара.
– Ещё одна невозможная вещь, – произнёс Лукас, пожал плечами и шагнул вперёд. Сетка прогнулась под его весом, Лукас ахнул от неожиданности, но сетка выдержала.
– Вот видишь! – сказал он и нервно улыбнулся. – Я же знал, что выдержит!
Кара с Таффом тоже перебрались на сетку – такую прозрачную, что казалось, будто паришь в воздухе, – и все трое припустились бегом между сталактитами. Под ними не было ни души. Ребята пролезли сквозь небольшое отверстие в стене и очутились в зале, полностью посвящённом здоровенному металлическому агрегату с ногами как у сороконожки. Здесь также никого не оказалось.
Все люди собрались в следующем зале.
Судя по его размерам и великолепию, это был главный вход в Музей Невозможного. Сотни мужчин, женщин и детей выстроились ровными рядами, точно солдаты перед битвой. Кара спряталась за металлической скульптурой, подвешенной к потолку и скрывающей её от чужих глаз, и мальчики протиснулись туда же следом за ней. Выглянув наружу, Кара поняла, что внимание толпы сосредоточено на женщине, которая стояла на помосте чуть ли не прямо под ними.