Риготт!
Присмотревшись, Кара различила, что помост – вовсе не помост, а плоский панцирь гигантской черепахи. Черепаха покорно лежала, не шевелясь. Голова её была изуродована волдырями и наполовину отросшими чешуями: Риготт заранее знала, что жалкое создание понадобится ей в основном в качестве трибуны, и не стала тратить лишних сил на её создание. По краям панциря замерли, глядя на толпу и ухмыляясь, близняшки.
У ног Риготт распростёрлась неподвижная Ксиндра. – Надеюсь, вам очевидно, – промолвила Риготт, когда её сподвижницы оттащили в сторону тело хранительницы, – что я серьёзно разочарована!
Цепь ведьм в чёрных плащах отгораживала Риготт от каттиан живым барьером. Они прижимали гримуары к груди, точно мечи в ножнах. Лица их были лишены всякого человеческого выражения. Все стояли прямо, за исключением одной девочки со скованными руками, которая согнулась в коленях.
– Сафи! – беззвучно, одними губами прошептала Кара Таффу, указывая на их подругу.
Лицо девочки опухло с одной стороны, как будто её недавно избили. Ноги были закованы в деревянную колодку. «Что же они с тобой сделали?!» Кара изо всех сил вцепилась в ограждение, пытаясь успокоить яростные мысли, которые для Риготт должны были быть всё равно, что сигнал тревоги. Она обернулась к братишке – на его лице не было гнева, только тревога за подругу. Кара кивнула в ответ на незаданный вопрос в его глазах.
«Мы её спасём! Честное слово».
Кара внимательно изучала лица ведьм в поисках Бетани. Но её нигде не было видно.
– Я явилась в эту вашу гнусную клоаку, рассчитывая получить две простые вещи, – объявила Риготт и принялась загибать пальцы на руке, обтянутой перчаткой. – Мои гримы. И девчонку. А вы ухитрились упустить и то, и другое!
Сафи улыбнулась, явно радуясь разочарованию Риготт. Кара, осознав, что её подруга продолжает сопротивляться Паучьей Королеве, обрела новый источник сил.
«Нет, Риготт не сломила тебя! – с восхищением подумала Кара. – Ты победила!» Торжество юной ведьмы помогло Каре воспрянуть духом.
«Раз Сафи смогла выстоять против Риготт, значит, и я смогу!»
– Однако же ещё не поздно заслужить прощение, – продолжала Риготт. – И чтобы продемонстрировать вам своё милосердие, я дарую вам всем шанс помочь. Сейчас вы сообща прочешете это здание, всё до последнего дюйма, отыщете девчонку и приведёте её ко мне. Однако же время дорого, друзья мои, так что разрешите вас подбодрить. За каждую минуту промедления я буду отсылать одного из ваших детей в липкий туман. Быть может, потом вы позволите им вернуться и разнести среди вас эту вашу очаровательную заразу. А может быть, вы повернётесь к ним спиной и дадите им умереть там, в темноте – они будут выкрикивать ваши имена и стучать в стекло своими маленькими ручонками. Да, решение непростое! Мне в самом деле любопытно знать, что же вы выберете.
Услышав это объявление, толпа заворчала и встряхнулась, точно огромный зверь, пробуждающийся ото сна. «Да! – оживилась Кара, решив, что угрозы Риготт наконец-то побудят их к действию. – Помогите нам! Вместе у нас есть шанс!»
Однако её надежды на союзников тут же развеялись: стоило ведьмам раскрыть гримуары, как толпа смолкла: страх угасил пламя бунта.
– Буду предельно откровенна, – продолжила Риготт, смерив жителей Катта безжалостным взглядом. – Возможно, кто-то из вас умрёт, возможно, даже все. Мне это безразлично. Я всё равно уйду отсюда с тем, за чем пришла.
Десятки фигур в чёрных плащах принялись проталкиваться сквозь перепуганную толпу, наугад хватая детей. Зал наполнился воплями и рыданиями. Молодая мать, нарушив все обычаи, прижала сына к себе, отказываясь его отдавать. Полыхнула красная молния, женщина отлетела в другой конец зала.
Кара, наблюдая за всем этим, уже знала, что она должна сделать.
– Вы двое, бегите к тем щелям в стене и выбирайтесь на поверхность, – велела она мальчикам. – Прямо сейчас. Пока никто не смотрит. А я вас догоню чуть позже.
– Ещё чего! – воскликнул Тафф.
Лукас кивнул.
– Не бывать этому.
Кара притянула их к себе. Даже сейчас, несмотря на царящий внизу хаос, она не рискнула говорить громче.
– Если я не сдамся, погибнут люди! – сказала Кара.
– Нельзя сдаваться! – ответил Лукас. – Она же тебя убьёт.
Кара с напускной отвагой пожала плечами.