Кверин покачал головой, достал золотые карманные часы на цепочке и взглянул на циферблат.
– Ну, хватит! – сказал он, защёлкнув крышку часов. – Этот разговор не имеет смысла. Я не могу отменить договор мальчишки – он подписан с хр-нулами. Я здесь только затем, чтобы его доставить. Если я не сделаю это вовремя, хр-нулы явятся за ним сами. Этого вы точно не хотите, уверяю вас. Они уничтожат всех, кто есть на этом острове, чтобы забрать свою добычу. В этом мире нет магии, что могла бы их остановить.
Тафф посмотрел поверх головы Кверина и улыбнулся.
– Что ж, исправим это! – промолвил он.
Ведьмы расступились, и в круг въехала высокая девушка на вороной кобыле. Ей было семнадцать, она была ослепительно прекрасна, её длинные волосы свободно развевались на ветру. Тёмные глаза девушки остановились на Кверине, и он словно бы усох под этим взглядом.
– Так вот вы какой! – произнесла Кара. – Надо признаться, я не прочь снова потерять воспоминание о вашем лице.
Кверин растерянно уставился на неё снизу-вверх.
– Этого не может быть! – опешил он. – Я же видел, что с тобой стало! Магия начисто стёрла твой разум!
– Это правда, – ответила Кара. – И не будь вокруг меня людей, которые твёрдо решили восстановить мою память – со всем терпением, с состраданием, с долгими-предолгими рассказами у очага, – я бы так и потерялась навсегда. Даже когда я не узнавала лиц, я чувствовала их любовь – и это меня спасло. А с тех пор я восполнила свои утраченные воспоминания множеством новых! Жизнь была добра ко мне.
– До сегодняшнего дня, – ответил Кверин, заново приосанившись. – Твой брат вырезал своё имя на моей двери. Я пришёл за тем, что мне принадлежит.
Кара спрыгнула с Тенепляски и опустилась перед ним на колени, чтобы их лица оказались на одном уровне. Её тёмные глаза словно бы потемнели ещё сильнее. Кверин нервно сглотнул, по виску у него скатилась капля пота.
Тафф любил сестру больше всех на свете, но даже он не мог не признать, что временами она бывала жутковатой.
– Ты и в самом деле думаешь, что я позволю забрать моего брата? – негромко спросила она.
– У тебя нет выбора!
Дарно ленивой трусцой вбежал в круг и сел за спиной у Кары, задрав скорпионий хвост.
– Выбор есть всегда, – подняла бровь Кара. – И для меня, и для тебя. Оставь остров в покое. Ступай с миром. Эта история не обязана закончиться плохо.
– Ну хватит! – воскликнул Кверин, топнув ногой, точно капризный ребёнок. – Что бы ты ни делала, тебе его не спасти! Даже если вдруг тебе удастся меня убить, хр-нулы всё равно явятся за мальчишкой! Дай мне забрать его в башню Песочных Часов, где можно будет благополучно завершить жертвоприношение, и больше никто не пострадает.
– А если я откажусь? – спросила Кара.
– Тогда я призову хр-нулов прямо сейчас, – ответил Кверин. – И все погибнут!
Тафф увидел, как Сордус неловко заёрзал в седле. Библиотеку из старого Сейблторна перенесли сюда, и он провёл месяцы, изучая всё, что нашёл об ужасных хр-нулах. То были древние боги, которые являются, только если их призовут, но решиться на такое мог лишь глупец либо человек, стремящийся к великому могуществу. Кверин принадлежал к числу вторых. В юности он призвал хр-нулов, полагая, что сможет ими управлять, и те всего за час уничтожили весь его город. Погибли десятки тысяч людей. И единственная причина, почему пощадили самого Кверина, – в том, что он обещался в грядущие века снабжать пищей своих новых хозяев.
– Последний раз повторяю! – воскликнул Кверин. – Отдавайте мальчишку, или я призову хр-нулов прямо сейчас!
Кара выпрямилась в полный рост и с наслаждением вдохнула свежий, прохладный воздух.
– Будь по-твоему, – согласилась она, вскинув руки и потягиваясь, точно после долгого сна. – Остров у нас славный, а я никогда прежде не имела удовольствия познакомиться с такими существами, как они.
Кверин воззрился на неё, не веря своим ушам.
– Ну что ж! – процедил он сквозь зубы. – Да будет так.
Кверин упал на колени, стиснул руки и воздел их к небу. Он вполголоса бормотал замысловатые фразы, от которых его губы сперва побагровели, а потом почернели. Тафф обернулся к Сафи, надеясь взять её за руку, но девочка заняла своё место в кругу прочих ведьм.
«Надеюсь, Кара знает, что делает!» – подумал он.
Голубое небо вдруг затвердело, напоминая скованное льдом озеро, а затем раскололось. Длинная, кривая трещина разделила его пополам: осколки облаков посыпались на лес. Два исполинских размеров пальца, с костяшками, похожими на горные хребты, протиснулись сквозь неё, прокладывая себе путь в мир. Их пятнистая кожа переливалась немыслимыми оттенками, каких Тафф прежде не видывал. От этого зрелища его разум наполнился странными, жестокими мыслями.