– Ваш… – выдохнул. – Сын. Прочтите письмо.
– Что? – его брови приподнялись, а на лбу залегли бороздки. Выхватил бумагу, развернул и пробежался глазами. «Крис, ты была беременна! Мой сын!» – пронеслось, как вспышка, в голове.
Заглянул в корзинку, приподнял покрывальце и увидел младенца с чёрными кудряшками и мелкой паучьей щетинкой, а на головке милые рыжие лисьи ушки.
– Он – двойной оборотень, как отец?! Тот паук и ворон, а мой сын паук и лис. Крис…
– Простите, повелитель. У него нет имени. Это право принадлежит только вам назвать его. Как вы назовёте ребенка как «служку», воина или…
– Не смей! Он – мой сын! И имя его будет грозным как у всего нашего рода. – Эванбайринг взял малыша. Тот заплакал. – Повернулся к Зорбагану. Глаза сверкнули. – Найди ему кормилицу и няньку.
Вышел на балкон и проорал, так что его голос раздался эхом по всей долине:
– Пауки!
Все пауки кто услышал его, подняли головы.
– Это мой сын и наследник! Его имя – Морганлавдий.
– Да прибудет с наследником бог пауков!
– Да прибудет с повелителем бог пауков!
– Да будет так! – завершил речь Эрганлавдий и вынес его в свои покои. Уложил на постель и стал с умилением разглядывать угольные глаза с темно–изумрудными дужками, отходящими от пронзительного зрачка.
– Ты – красивый малыш, как твоя мать. Она когда–нибудь найдется, и будет воспитывать тебя вместе со мной.
Вскоре за ним пришли кормилица – дородная паучиха и нянька – худощавая, с умным взглядом. Эрганлавдий поговорил с ними и сделал выводы, что Зорбаган нашёл хороших паучих для сына.
– Ты… так и не простил меня? – мялся главнокомандующий.
– Нет. Ты чуть не убил её тем, что предал меня и пополз жаловаться к отцу.
– Повелитель… я не предавал вас, а хотел защитить от гнева отца, который наступил бы, как буря, и тогда вас уже ничто бы не спасло.
– Она – благородных кровей.
– Но мы тогда этого не знали. Простите. Я готов на любое ваше решение. Можете, казнить меня в любую минуту.
– Казню. – Буркнул, однако, в его голосе уже не слышалось такого гнева как раньше. Сын начал топить лёд его сердца ко всему. – Я найду её и кулоны тоже.
– Если будет на то ваша воля, я помогу вам в её поисках. Вы же знаете, могу и по следам и по нюху искать, и эта способность есть только у меня из всех ваших пауков. Возможно, потому что моя мать особенная.
– Возможно. – Повелитель задумался на минуту. – Хорошо. Тогда снова переселяемся.
– Куда?
– А что тебе подсказывает чутьё?
– Мне кажется, что Тигран с ней недолго пробудет в мире людей. Им там просто не место.
– И… – бровь паука изогнулась.
– Давайте, попробуем снова в морской мир. Что–то мне подсказывает, что если там, в лесах их родные места, туда он и повезёт сестру.
– Хорошо. Собери моих пятерых лучших воинов и выдвигаемся.
Зорбаган поклонился и ушёл, исполнять приказ, с хлипкой надеждой на прощение повелителя. А Эванбайринг пошёл, надевать доспехи: не боевые, а нарядные для переселения в другой мир.
В мире людей.
Тигран попрощался с Ярославом. Тот долго не хотел его отпускать, но всё же пришлось согласиться.
– Оставайся, станешь моей правой рукой. Я куплю тебе дом и машину. Сестру пристроим, выдадим замуж. Ты не будешь ни в чём нуждаться.
– Спасибо. Я понимаю, что ты полюбил меня как брата.
– Да.
– Но я не могу. Мы – не люди, и никогда не сможем жить как люди. Сестра однажды сорвётся и сожрёт нелюбимого мужа – человека. А что потом? Её здесь казнят.
– Я смогу замять это, если такое, не дай бог, случится.
– Нет, Ярослав. Ты – мэр и правда о нас когда–нибудь вылезет. Это навредит тебе, и ты можешь потерять трон и корону, а я этого не хочу.
Тот опустил голову, в душе понимая, что он прав. А сердце разрывалось. Как же он хотел такого друга – брата, но, увы, это не дано.
– Я понял. Ты ещё вернёшься когда–нибудь?
– Возможно.
– Я всегда буду тебе рад.
Лис кивнул.
– А сейчас возьми этот подарок. – Он снял массивную золотую цепь с иконой Георгия Победоносца и надел ему на шею. – Этот святой защищает и даёт удачу. Пусть он теперь охраняет тебя.
– Спасибо.
Мэр перевёл взгляд на своих двоих людей.
– Приведите девушку и отвезите их в лес к пещере.
Те кивнули. Крис спустилась вниз белая как стена. В тонких чертах лица читалось безразличие. Тигран взял её за руку, та оказалась холодной.
– Крис… – с волнением заглянул в глаза, бывшие некогда яркими как нефрит, а сейчас они утратили живой блеск и были какими–то мутными.
Она не ответила. Взгляд летел в пустоту.
– Крис! – Прикрикнул Тигран. – Очнись. Садись в машину.
Девушка перевела взгляд на чёрный джип, вспомнив, что эти повозки называются здесь машинами. Вырвала руку и сама пошла к ней. Александр открыл заднюю дверцу. Она также, смотря в никуда, присела. Тигран сел рядом и снова взял её за руку.