Официальных полицейских совещаний пока не было, но СМИ уже начали строить догадки, и обстановка в управлении крайне напряжённая.
Телефон Саги отследили до Сеффле, до задней части разгружаемого фургона.
Также выяснилось, что у неё действительно была связь со Стефаном Броманом: в субботу она подала на него заявление в полицию, обвинив в систематическом потреблении сексуальных услуг.
Кроме того, криминалисты обнаружили следы каустической соды на её мотоцикле и конский волос в одном из рюкзаков.
По распоряжению Манвира в квартире Саги провели обыск, и ситуация легко может перерасти в общенациональный розыск — с последующим вооружённым задержанием. Йона пытается взглянуть на всё глазами Саги и уверен, что она понимает, почему подозрения пали на неё. Как только она справится со своей гордостью, он почти уверен, что она выйдет с ним на связь.
Йона берёт телефон и звонит Моргану Мальмстрёму, чтобы поделиться мыслями.
— Я понимаю, к чему вы клоните, — отвечает Морган после короткой паузы, — но дело в том, что Сага сейчас — одна из наших главных подозреваемых.
— Да, и это ошибка. Ей действительно нужно ответить на множество вопросов — говорит Йона, — но у неё есть алиби почти на все убийства.
— Знаю, но…
— Она никого не убивала.
— Мы этого и не утверждаем. Но она замешана. У Манвира есть доказательства… И чтобы быть виновной в убийстве, не обязательно самой стрелять.
Йона на несколько секунд закрывает глаза, садится и глубоко вдыхает.
— Я лишь хочу сказать, что если… если я попытаюсь убедить Сагу сдаться, мне нужно быть уверенным, что встречу её именно я. И никто другой.
— Она вам доверяет?
— Думаю, да. Но всё должно быть конфиденциально. Никакого официального задержания, никаких прокуроров, никаких заявлений для прессы или…
— Два дня, — перебивает его Морган.
— Что?
— Я даю вам два дня.
— Вы обещаете, что я смогу сделать всё на своих условиях?
— Да.
— Если я услышу от неё хоть что‑то, я позвоню вам, и вы организуете для неё обход обычной процедуры задержания.
— Если вы считаете, что так будет лучше, — отвечает начальник.
Глава 63.
Сага только что расчистила журнальный столик Карла Спеллера, чтобы освободить место для ноутбука и последнего диска, когда он сказал, что пойдёт в душ.
— Можно воспользоваться вашим телефоном, позвонить?
— Код девять‑один‑пять‑восемь‑три‑семь, — ответил он, передавая телефон.
Карл вышел из комнаты, и Сага устроилась на подлокотнике кресла. Набрала личный номер Рэнди.
— Рэнди, — откликнулся он, в голосе прозвучала лёгкая нотка удивления.
— Ты можешь говорить? — тихо спросила она.
— Сага, что происходит?
— Я не делала ничего из того, о чём они говорят.
— Тебе не нужно мне это объяснять, — ответил он. — Я и так знаю. Тебе нужно сдаться, прежде чем…
— Если я это сделаю, мы никогда не поймаем «Паука».
— Это не твоя ответственность. Ты больше даже не полицейская.
Сага смотрит на заваленные полки Карла: игровую приставку, бонг, свечу в форме Статуи Свободы, игрушку‑шкатулку с клоуном в красно‑жёлтом шёлковом костюме.
— Что‑нибудь ещё нашли? — спрашивает она.
— Нет, не думаю.
— Новых фигурок нет?
— Нет.
Вокруг неё по полу разбросаны пустые пакетики из‑под чипсов, фантики от конфет, игровые жетоны, пластинки восьмидесятых.
— Оперативная группа штурмовала мою квартиру, — говорит она. — Я только что слышала, что они собираются обыскать дом. С автоматами, снайперами, светошумовыми гранатами… Всё это просто безумие.
— Я правда не понимаю, — еле слышно отвечает он. — Ты сказала, что тебе нужно, где‑то спрятаться. Я, может быть…
— Я не хочу втягивать тебя ещё больше, чем ты уже вовлечен.
— Мне уже всё равно.
— На случай, если я умру, я просто хотела, чтобы ты знал: ты — тот самый, — произносит она и прерывает разговор, прежде чем он успевает ответить.
Сага глубоко вдыхает, стирает слёзы со щеки и плюхается перед компьютером. Включает последние записи сеансов Кранца с Марой Макаровой. Их разговоры длятся больше года, но Мара всегда невероятно последовательна в каждой детали.
Карл Спеллер выходит из ванной, волосы торчат во все стороны, на плечах полотенце. Он отодвигает стопку газет и садится в кресло, чтобы смотреть вместе с ней.
Мара Макарова отложила книгу «Архимед о равновесии плоскостей». Волосы у неё аккуратно причёсаны, гладкие. Лицо спокойное, взгляд ясный, умный.