– Наверное, сложно работать с такими клиентами? – спросил Максим, взяв салфетку и расправив ее на столе.
– Какими такими? – не поняла я вопрос Максима.
– Забюрократизированными, – пояснил Максим, загибая углы салфетки к центру. – Чем крупнее компания, тем больше бюрократии. Я одно время работал в «Берибанке». Слыхали про такой?
Я кивнула. Странный вопрос, учитывая, что «Берибанк» – один из крупнейших банков на российском рынке.
– Так вот, отвечал я в этом банке за внедрение системы управления отношениями с клиентами. Чтобы исправить даже маленький пунктик в техническом задании, мне нужно было собрать подписи главного юриста, директора по финансам, аудитора, директора по маркетингу, главного бухгалтера, директора ИТ и исполнительного директора. Причём именно в такой последовательности. На то, чтобы подписать одну бумажку, уходило минимум три недели. И так на каждый чих.
– Да, – согласилась я. – Иногда бюрократия зашкаливает. С одной стороны, каждый начальник хочет, чтобы с ним согласовывался каждый шаг. С другой стороны, никто не хочет брать на себя ответственность. Вот и придумываются сложные процедуры согласования.
– С третьей стороны, следование процедурам не так уж и плохо, особенно в финансовой организации, – слишком активно поддержал возникшую нить в разговоре Максим, с силой придавливая последний угол салфетки. – Вот, например, в нашем банке есть чёткая процедура по выдаче кредита. И нехорошо, если сотрудники кредитного отдела будут следовать ей по своему усмотрению.
Я немного напряглась. Максим слишком резко вышёл на обсуждение вопроса, ради расследования которого я пришла в «Златабанк». Нужно держать ухо востро. Поддержу беседу, послушаю, что он дальше скажет.
– Что вы имеете в виду? – попыталась я спровоцировать Максима на откровенность. – Сотрудники «Златабанка» принимают неправильные кредитные решения?.
– Нет, такого я не говорил, – не повёлся на провокацию Максим, продолжая загибать углы салфетки. – В мою компетенцию не входит анализ корректности решений, принимаемых экспертами кредитного отдела.
Ничего себе, как официозно! Похоже, он испугался, что я поняла его слова о недобросовестных сотрудниках кредитного отдела слишком буквально, и теперь пытается дать задний ход. Но ничего, попробую его разговорить.
– А что входит в Вашу компетенцию?
– В мою компетенцию входит разработка и поддержка ИТ инфраструктуры банка, в том числе, и кредитной системы. Знаете, что это за система?
– В общих чертах.
– Так вот, в нашем банке стоит самая современная, высокотехнологичная, полностью автоматизированная программа. Это самая эффективная программа на рынке. Я её лично разрабатывал. Она обеспечивает сто процентное качество кредитного портфеля, – Максим достал ручку, нарисовал несколько кружочков на сложенной салфетке и принялся их заштриховывать.
– Ничего себе – сто процентов! Разве такое бывает?
– В нашем банке было! У нас был сто процентный возврат по кредитам, – Максим так сильно надавил на ручку, что салфетка прорвалась. – А всё почему? Потому что решение принимала бесстрастная кредитная система. Системе не поплачешься о том, что тебе позарез нужны деньги, системе не надавишь на жалость. Она анализирует только голые факты и выдаёт объективное решение.
– И что же произошло потом? Насколько я поняла на вчерашнем совещании, сейчас в банке невозврат по кредитам более семидесяти процентов, – подначила я Максима.
– А потом кое-кто решил, что он самый умный, что компьютерная программа сбоит, что заложенный в ней алгоритм – кривой. Алгоритм кривой, – Максим возмущённо выдохнул, скомкал салфетку и кинул ее на тарелку. – Алгоритм абсолютно корректный, и программа никогда не сбоит. У неё сертификат есть, подтверждающий абсолютный уровень корректности. Абсолютный – это значит, ноль ошибок на сто миллионов миллиардов итераций. Это просто кое у кого руки кривые и мозги сбоят.
– В смысле?
– В прямом. Как только финансовые решения начинают принимать чьи-то воспалённые мозги, ошибки гарантированы. Человек – существо не совершенное: ему сегодня ноги в метро оттоптали, он взял и отказал в кредите хорошему клиенту, а завтра у него с утра хорошее настроение, он и бомжу кредит выдаст. А компьютерная программа – идеальный работник. Никаких эмоций, только факты. Я давно уже предлагал заменить всех сотрудников роботами.
– Как роботами? – если честно, тогда на совещании, я была уверена, что Максим шутит, предлагая роботов вместо людей. Но, похоже, он не шутил.