– Конечно, без. До такого ещё не додумались. На кофе-машине объявление прикреплено. Знаешь, что написано? – весело спросил Дмитрий. – Там написано: «Внимание. Инновационные технологии. Кофе-машина активируется голосом».
– И что, верят?
– Они все с ней разговаривают, – повторил Дмитрий, по-прежнему давясь от смеха. – Некоторые подолгу её уговаривают, некоторые сразу уходят, а один парень, по-моему, он в бухгалтерии работает, вообще с ней ругался, руками махал. Представляешь, ругался с кофе-машиной! С неодушевлённым предметом, который тебе даже ответить не может. Жалко, камера без аудио-записи. Много бы я дал, чтобы послушать их разговорчики.
– А кто написал объявление?
– Я написал. Я сегодня рано пришёл, никого ещё не было. Захожу на кухню, а там этот новый агрегат стоит, ещё даже не распакованный. Я подумал, это отличный шанс.
– Шанс для чего?
– Понимаешь, Ифигения Андреевна, я решил кардинально поменять стратегию развития банка. И в ней не место среднестатистической серой офисной массе. Соответственно, нужно понять, кого оставить, а кого отправить в свободное плавание. А эта кофе-машина – отличный психологический тест. Ты себе представить не можешь, какой спектр поведения я пронаблюдал. Вот ты, например, как бы прореагировала?
– Мимо, наверное, прошла. Я кофе не пью, на кофе-машины не реагирую.
– Всё с тобой понятно. Ладно, давай ближе к делу. Что накопала?
Я подробно рассказала Дмитрию о собеседовании с Марианной, встрече с Анной Борькиной и беседе с Антониной Ивановной. Дмитрий взял лист бумаги, и мы вместе попытались построить рабочую версию преступления.
– Итак, что мы имеем, – начал Дмитрий, – есть некое лицо, назовём его Икс, который хочет избавиться от другого лица, назовём его Игрек.
– При этом Игрек является родственником Икса, – добавила я. – В случае Марианны – брат, в случае Борькиных – сестра.
– Совершенно верно, – одобрил моё замечание Дмитрий и продолжил: – Итак, Икс находит исполнителя, назовём его Ипсилон. Ипсилон называет свою цену и инструктирует перевести деньги в оффшор через наш банк. Икс переводит деньги. Ипсилон выполняет работу – убирает Игрека. Так?
– Получается, так, – подтвердила я. – Кстати, а что за информация была у тебя на флешке про оффшор?
– Ничего, что бы указывало на Ипсилона. Нужно бы побольше покопаться, но не знаю, где взять данные. С оффшорами всё сложно, непонятно, – отмахнулся Дмитрий. – У нас ещё возникает ряд вопросов. Вопрос первый: как Икс находит исполнителя Ипсилона? Где Ипсилон, так сказать, рекламирует свои услуги? Вопрос второй: почему деньги передаются не налом, а перечисляются в оффшор. Это сложно, неудобно и привлекает лишнее внимание. Вопрос третий: почему именно через наш банк? И вопрос четвёртый: что делает Ипсилон со своими жертвами? Подтверждения того, что он их убивает, у нас нет, хотя скорее всего, убивает.
– Более того, Марианна и Борькины заявляли в соцсетях о пропаже своих родственников, – напомнила я.
– Я думаю, это умный трюк, чтобы отвести от себя всякие подозрения. Типа, смотрите все: я очень обеспокоен пропажей моего родственника, и я понятия не имею, где он и что с ним.
– Нужно проверить и остальных клиентов, которые делали перевод в тот оффшор: пропадали ли у них родственники.
В течение последующих двух часов мы проверяли по интернету клиентов из списка Лапшина. Исключительно у всех присутствовало сообщение на форумах или в соцсетях с просьбой помочь найти родственника. Мы также сопоставили даты пропажи с датами денежных переводов этих клиентов и выяснили закономерность: переводы осуществлялись ровно за десять дней до объявления о пропаже. Также выяснилось, что переводы в оффшор Юнайтед Иншуред Фанд совершало более ста человек на протяжении последних полутора лет.
– Думаю, с уверенностью можно сказать, что мы были правы: есть прямая связь между оплатой и пропажей людей, – удовлетворённо сказал Дмитрий, ещё раз просматривая список, который мы составили. – Ты, кстати, заметила ещё одну закономерность?
– Какую?
– Переводы в «Юнайтед Иншуред Фанд» начались во времена правления Павлина Павлиныча.
– Павла Павлинова? – автоматически поправила я Дмитрия. – Генерального директора банка на время отсутствия Дины?
– Именно он. Пока он возглавлял банк, за месяц проходило десять – двадцать переводов. Когда вернулась Дина, переводы резко сократились. Как раз твои Марианна и Борькины – единственные, кто платил после возвращения Дины.
– То есть получается, что Павлинов каким-то образом связан с исполнителем? Именно поэтому деньги переводились через «Златабанк»? Как только Павлинов ушёл из банка, поток денег прекратился? – скорее не задавала я вопросы, а просто размышляла вслух.