— О, к тебе это никак не относится, — быстро проговорила я, удивляясь своему энтузиазму.
Джошуа улыбнулся.
— Ты не верь легендам о брошенных мною женщинах. Я в прошлом году даже на танцах ни разу не был, — признался он.
— Я тоже.
— Правда? — Похоже, ему было приятно услышать это. — Позволь предложить тебе лимонад.
— Да, с удовольствием.
Мы взяли бокалы и сели на скамейку. Скоро я узнала, что отец Джошуа занимается продажей недвижимости, что у них в семье есть еще дети — два брата и сестра, что живут они далеко, во Флориде, в огромном доме на побережье. О себе Джошуа рассказывал живо и с удовольствием. Я время от времени поглядывала на своих подруг. Многие девочки танцевали, кроме Тоби и Бетси, которые явно были расстроены этим. Джошуа начал расспрашивать и меня. Я поведала ему о Фартинггейле. Разумеется, он тоже слышал о знаменитых коллекционных игрушках Таттертона. Говоря о Тони, я употребила слово отчим, но Джошуа, надо отдать должное его деликатности, не стал интересоваться подробностями. Потом мы танцевали, затем, перекусив, снова танцевали и не переставая болтали. Дженнифер и Уильям просто не отрывались друг от друга. Прошло немало времени, прежде чем подруга поманила меня выйти в туалетную комнату. Едва закрылась за нами дверь, как Джен бросилась ко мне с вопросами:
— Он нравится тебе, Ли? Расскажи, какой он? О чем вы разговаривали?
— Да, нравится. Милый, сдержанный, любезный… Рядом с ним я чувствую себя настоящей леди.
— Ой, как я рада за тебя! — воскликнула она. Мы со смехом обнялись.
Но вдруг двери распахнулись и в комнату ворвались все члены пресловутого «клуба». Впереди воинственно встала Мари Джонсон.
— Вот они, две голубки! Что происходит? Почему клуб не знал о том, что у вас есть постоянные кавалеры в Аландейле? — сурово спросила она.
— Я с этим парнем только что познакомилась, — разочаровала я ее.
Тогда она обратила свой гнев на Дженнифер.
— Уильяма я встретила в самом конце лета. О постоянных отношениях речи пока нет, — с достоинством сказала Джен.
Мари это не удовлетворило.
— В любом случае ты должна была поставить нас в известность. Члены элитарного клуба не имеют друг от друга секретов. Мы доверяем всем и каждой. Именно этим и отличаемся от других девчонок, — сверкая глазами, заявила Джонсон.
— Но…
— Вы поставили нас в идиотское положение. Вы предали нас!
— Что за глупости, Мари…
— Нет, это не глупости! Надеюсь, все со мной согласны? — Она оглядела свою гвардию. Почти у каждой из девочек на лице было одинаковое выражение — завистливое, недоброе, негодующее. — Вы обязаны были сообщить. А выходит, будто и не хотите делиться с нами, не доверяете подругам. Между прочим, ты, Ли, никого не пригласила в свой хваленый Фартинггейл, кроме Дженнифер! Похоже, вы обе считаете себя лучше других.
— Все совершенно не так. Послушай, Мари…
— Можете развлекаться дальше, — отрезала она, крутанулась и исчезла. За ней потянулась ее свита, оставляя за собой чуть ли не запах ревности.
— Ой, Ли, прости меня, прости, это я виновата, они и на тебя накинулись! — воскликнула Джен, когда мы остались одни.
— Я ни капельки не переживаю. Им просто завидно — и все. Выброси из головы. Последуем совету Мари — пойдем развлекаться дальше.
Дженнифер кивнула, но я видела, что она страшно расстроилась. С трудом мне удалось вытащить ее в зал. Однако радость от праздника потускнела. Никто из девочек не подходил к нам, никто нам не улыбался, никто не разговаривал, хотя друг с другом члены «клуба» общались более чем активно — перешептывались, переглядывались, хихикали.
Джошуа, почувствовав неладное, поинтересовался, в чем дело. Я ничего не стала скрывать и рассказала все.
— Как всегда. — Джошуа сокрушенно вздохнул. — Я обязательно навлекаю на людей неприятности.
Меня поразило, с какой готовностью он принял вину на себя.
— Нет, ты совершенно не виноват. Для ссор и обид повод вообще глупый. Подруги так не ведут себя. — Я бросила взгляд на сбившихся в углу девчонок. — Но если честно, то я предпочла бы дружить с тобой, чем с кем-либо из этого пресловутого клуба.
— Правда? — Глаза юноши вспыхнули.
— Да. Надеюсь, ты позвонишь мне? Увидимся при первой возможности, согласен? — Я даже не ожидала, что отважусь на такие смелые речи, но я была на взводе, а главное, он мне жутко нравился.
— Конечно, согласен, — кивнул Джошуа.
Он снова пригласил меня танцевать. Звучала медленная музыка. Партнер крепко прижал меня к себе и скользнул губами по виску. Я несмело подняла глаза и встретила его пылкий взгляд. Наверное, мы выглядели романтично и вызывающе, потому что многие в зале смотрели на нас — кто с завистью, кто осуждающе, кто восторженно.