— Пойдем, я покажу тебе, что купила в Швейцарии, Ли, — заявила мать, когда нам подати кофе. — Все в моей голубой гостиной. У меня и для тебя есть подарки!!
Она встала, чтобы отдать распоряжения Куртису. Они беседовали в дверях. Поднялся и Тони. Он удержал меня за локоть и негромко, чтобы не услышала мать, произнес:
— Я просто хочу сказать, Ли, что не в обиде на тебя, хоть ты и наговорила Джиллиан Бог знает что. Мы с ней взрослые люди и понимаем, как трудно приходится девочке-подростку, которая вихрем врывается в океан женской чувственности.
Он мягко улыбнулся, полыхнув голубыми глазами. Подумать только, он меня прощает! Я пришла в бешенство от его беспечного тона. К горлу подкатил комок. Я сглотнула, прикусила губу.
— Ли, ты идешь? — позвала мать.
— Да! — крикнула я и только тогда в ярости развернулась, обрушив на него свой сверкающий взгляд, в котором полыхали ненависть и гнев. Ледяным голосом я проговорила: — Ты можешь на какое-то время заморочить ей голову, но позднее она все равно поверит мне, потому что такие гнусные личности, как ты, не в состоянии вечно скрывать свою сущность.
Он покачал головой, всем своим видом выказывая отеческое сочувствие и терпение. Это разъярило меня еще больше.
— А я-то надеялся, что с возвращением Джиллиан ты успокоишься и сумеешь иначе взглянуть на себя. Но теперь я вижу, как правы те, кто утверждает, что тяжело в наши дни воспитывать девочку-подростка. В любом случае я хочу, чтобы ты впредь была уверена во мне: я тебя понимаю, сочувствую и — запомни — никогда не подведу тебя.
— Ты отвратителен! — выдохнула я.
Тони все улыбался. Он даже попытался взять меня под руку, чтобы невинной парочкой пройтись по коридору, но я резко вырвалась.
— Не трогай меня! Не вздумай даже приближаться ко мне! Не прикасайся никогда!
Он кивнул и галантно открыл передо мной двери. Ничего не оставалось, как бегом догонять мать. К счастью, Тони не последовал за нами в голубую гостиную, где она разложила все свои покупки. Я сидела на диване и безучастно смотрела, как мать разворачивает передо мной бесчисленные джемперы, юбки, блузки, как нагромождает на столы статуэтки, керамику, футляры с драгоценностями. Мне она вручила золотые часы с бриллиантовой россыпью. Каждый предмет имел свою историю. Мать подробно рассказывала, где что она покупала, какова была обстановка в лавке или магазине, как реагировали приятельницы на то или иное ее приобретение. Она бессовестно хвасталась тем, что подруги следовали ее примеру, делали подобные покупки, ходили в те же магазины и кафе.
— Неожиданно вышло, что я стала бесплатным гидом, — со смехом сообщила она. — Представляешь, все эти богатые, объездившие весь мир дамы бегали ко мне за консультацией — достойна ли вещь, со вкусом ли сделана, соразмерна ли цена и так далее. Честное слово, впору было брать с них комиссионные. — Она умолкла и тут будто впервые увидела меня. — У тебя усталый вид, Ли. Тебе надо больше бывать на солнце. Не стоит запираться в комнатах, даже если ты недомогаешь. Это вредно для здоровья и кожи. Сухой воздух, душные помещения способствуют старению. На курорте меня консультировал один косметолог с мировым именем, — быстро продолжала она, чтобы я не успела перебить. — Ты, наверное, обращала внимание, что у всех женщин в Швейцарии великолепные кожа и цвет лица. Это результат правильного питания, — талдычила мать, будто школьница урок, — результат физических упражнений на воздухе, паровых ванн, грязевых масок и горного солнца. Я, кстати, уже распорядилась, чтобы у нас дома начали монтировать сауну, — в заключение добавила она.
— Мама, я плохо выгляжу, потому что прошла через страшное испытание. Если бы ты выслушала меня, просто выслушала хотя бы…
— О нет, только не заводи снова своих песен, Ли. — Мать надулась. — Мои нервы не выдержат. Вообще удивительно, как я еще держусь на ногах. Ни сна, ни отдыха с момента отъезда с курорта — это тебе не шутки. Я из последних сил старалась быть бодрой и веселой, чтобы не огорчать вас с Тони, но сейчас — все. Я устала. Я сдаюсь.
— Мама, но…
— Спокойной ночи, Ли. Надеюсь, часики тебе понравились.
И она просто вышла из комнаты, оставив меня среди груды коробок и вороха оберточной бумаги. Я кое-как сунула в футляр новые часы. Они мне не нужны. Какое вообще значение могут иметь дорогие подарки, если они не подтверждены чувством? Неужели мать думает, что золото и бриллианты разрешат какие-то проблемы?