— Да! — откликнулся Таттертон тихим голосом. — Сказочное королевство… — Снова воцарилось молчание. Затем он беззвучно хлопнул в ладоши и произнес: — Что же, оставляю тебя наедине с этими яствами. Посуду потом заберут. Спокойной ночи, Ли. Можно поцеловать тебя на прощание?
Я замялась. Не предам ли я папу, разрешив это. Папа каждый вечер непременно приходил поцеловать меня перед сном. Но Тони казался таким искренним и добрым, что я не смогла отказать ему. Ведь он столько со мной возился сегодня, и отворачиваться от него было бы несправедливо… Я кивнула в знак согласия, он наклонился, мягко поцеловал меня в лоб. Прикосновение это было длительнее, чем я ожидала.
А потом он ушел.
Я лежала, пребывая в какой-то прострации. Слушала отдаленные звуки, доносившиеся снизу, на несколько минут проваливалась в сон и внезапно просыпалась, каждый раз пугаясь незнакомой обстановки… А потом, уже совсем поздно, зашла мама. Но вопреки своему обещанию «поболтать о медовом месяце» она завела разговор о сегодняшнем ужине, о том, какие собрались гости, какие подавали блюда, какие велись беседы за столом. Ее монолог окончательно усыпил меня. Глаза закрывались сами собой, и наконец мать объявила, что пора спать и ей.
— Завтра встанем пораньше — и сразу в Бостон. — Она поднялась и вдруг звонко хохотнула: — Какой необычный и все же удивительный был день! У меня предчувствие, что отныне и навсегда жизнь наша будет полна чудес. Во всяком случае, я все сделаю для этого. Ты поддержишь меня, Ли?
Я в недоумении открыла глаза и посмотрела на мать. Каких чудес ей еще надо? Разве брак с Тони не воплощение ее мечты? И что я могу сделать для ее счастья?
— Ты поможешь мне, Ли?
Это был не вопрос. Это был резкий, как удар хлыста, приказ.
После такого трудного дня сил у меня уже ни на что не осталось, поэтому я слабым голосом пискнула:
— Конечно, мамочка.
Сразу после завтрака, как и наметила мать, мы выехали в Бостон. Снегопад прекратился после полуночи, но зато оставил на память сугробы высотой почти в фут. Фартинггейл напоминал зимнюю сказку — золотое солнце, голубоватые тени, хрустальный блеск белоснежных ковров. Высокие ели, казалось, полностью утратили вечную свою зелень, настолько густо укутала их снежная кисея.
На обратном пути мама наконец-то открыла свои планы относительно медового месяца. После свадебных торжеств они с Тони собирались вылететь в Сент-Морис, где в «Палас-отеле» их будут ждать роскошные апартаменты. Я вспомнила, что мама чуть ли не полжизни мечтала об этом курорте, а поскольку Тони был заядлым горнолыжником, эта идея пришлась по вкусу и ему.
— Для медового месяца это идеальное место, — говорила мама. — Там собирается вся европейская аристократия. А у меня, между прочим, не было настоящего медового месяца. После свадьбы твой отец сразу привез меня в Бостон, хотя клялся, что мы обязательно поедем в Гавану… И что ты думаешь? Стоило нам оказаться в Бостоне, как он заявил, что бизнес на грани срыва, не преминув заметить, что причина этого — его столь долгое пребывание в Техасе. Представляешь? То есть уже тогда он обвинял меня, пусть косвенно, в своих неудачах. Ему, видите ли, понадобилось столько проторчать в Техасе, чтобы добиться моей руки! Но ничего, — тряхнув головой, заявила мать. — Теперь я получу положенный мне медовый месяц. К сожалению, на Рождество и на Новый год нас не будет, но скучать тебе не придется. В твоем распоряжении весь Фартинггейл и горы подарков. Если пожелаешь, Майлс отвезет тебя куда угодно — в магазин, в парикмахерскую… Понимаешь? — Мать явно ожидала, что я непременно разделю ее восторги.
— Да, мама, — кивнула я, хотя тяжелое предчувствие не покидало меня. Я боялась начинать жизнь в Фартинггейле одна. К тому же никогда еще рождественские праздники я не проводила без мамы и папы.
— Не волнуйся, мы все восполним тебе. Кстати, Тони выяснил, где здесь поблизости лучшее частное учебное заведения для девочек.
Это было для меня новостью. Я понимала, что не буду больше учиться в Бостоне, но думала, что просто перейду в обычную школу неподалеку от Фарти.
— А что это — частная школа?
— Да. Уинтерхевен. Неплохое название для учебного заведения, а? Так и чувствуется аристократический дух. Между прочим, список желающих попасть туда тянется на несколько ярдов, но Тони уверен, что ему надо лишь потянуть за кое-какие ниточки и ты будешь принята. Тем более ты отличница. Это школа с полным пансионом.
— Как?! Я буду жить там?