— Тогда зачем вы собираетесь участвовать? — спросил окончательно сбитый с толку Воцкий.
— Чтобы заявить о себе, — сообщил я, в общем-то, довольно очевидную вещь. — Если я не буду участвовать в значимых событиях отрасли, я так и останусь непонятным чужаком.
Что, кстати, является чистой правдой, просто немного не всей правдой. Да и участвовать совместно я мог бы вполне результативно, например, в качестве теневого партнёра, что я и собираюсь проделать вместе с Буткусом. Просто Буткус мне в данный момент нужней, так что извини, Богдан.
Я вежливо попрощался и покинул глубоко задумавшегося Воцкова. Интересно, он единственный, кому пришла в голову гениальная идея использовать меня, или же мне придётся повторять эту историю всем и каждому?
Я немного погулял по залу, ни с кем не останавливаясь надолго. В сторонке я разглядел маму с Ленкой, которые довольно оживлённо общались с двумя очень молодо выглядящими дамами. Именно дамами — девушками я бы назвать их не рискнул, потому что одну из них я раньше мельком встречал, и она точно была Высшей. А потом я наткнулся на Драгану, которая очень удачно в этот момент оказалась свободной, и я немедленно её ангажировал. Действительно удачно получилось — похоже, что к ней было что-то вроде очереди, а я непринуждённо пролез вперёд всех.
— Кен, как хорошо, что ты мне подвернулся, — обрадовалась Драгана. — Постой со мной немного.
— Просители замучили? — догадался я.
— Как взбесились, — пожаловалась она. — Не знаю, куда деваться. Как только было объявлено, что я стану председателем конкурсной комиссии, меня просто в осаду взяли. Уже подумываю сказать Яромиру, чтобы он назначил кого-нибудь другого.
— А чего ты хотела? Учитывая сумму контракта. Вообще-то, я с тобой тоже хотел на эту тему поговорить.
Драгана страдальчески закатила глаза.
— И ты туда же! Кен, ты не получишь этот контракт.
— Да я знаю, — небрежно махнул я рукой. — Князь просто хочет громко прокатить меня с заявкой, чтобы все увидели, что он мне не покровительствует. Очень хорошая идея, кстати. Нет, я планирую взять кусок контракта через субподряд. Большой кусок.
— И ты сейчас объяснишь мне, что мне это выгодно, потому что я совладелец мастерской, так?
— Что за глупости? — оскорбился я. — Я что, так похож на идиота?
— А как ты собрался аргументировать?
— Интересами княжества, разумеется.
Драгана захохотала, вытирая слёзы.
— Кен, ты просто прелесть, — проговорила она сквозь смех. — Правильно Яромир как-то заметил, что если бы ты не был аристократом, то обязательно стал бы мошенником. Ты всегда найдёшь веские доводы, почему другим людям необходимо, чтобы ты разбогател.
— Вот сейчас обидно было, — заметил я. — Между прочим, я всегда действую совершенно честно, без всяких хитростей и подтасовок. И всегда подробно объясняю, что я делаю и почему.
— Вот это больше всего и удивляет, — кивнула Драгана. — Каким-то образом интересы всех в округе, да и вообще интересы княжества всегда совпадают с твоими.
— Это называется патриотизм, Гана, — назидательно сказал я.
— Спасибо, что объяснил, теперь буду знать, — фыркнула она. — Ну ладно, ты меня заинтриговал. Кого ты выставляешь в качестве витрины?
— Айдаса Буткуса. Знаешь такого?
— Буткуса? Товарища председателя Промышленной палаты? У него же есть проблемы с допуском к военным заказам из-за ограничений гражданского ценза. Ты что — не мог найти вариант получше?
— Для себя я бы, конечно, нашёл вариант получше, но в интересах княжества отдать контракт именно Буткусу. А вопрос с гражданским цензом решается передачей части контракта на субподряд. Буткусу остаётся только часть, для которой нет ограничений ценза.
— Довольно небольшая часть.
— Ну да, а остальное я субподрядом заберу себе.
— Здорово придумал, — покивала она. — А теперь объясни, почему княжество в этом заинтересовано.
— Там много деталей, надо отдельно встретиться и разобрать подробно, возможно, вместе с князем. Но если в двух словах — ты знаешь, что банки Зепперов попались на многолетней недоплате налогов?
— Яромир что-то такое упоминал…
— Там суть в том, что они использовали фирмы однодневки, зарегистрированные в основном в Ливонии, поэтому на нашей стороны всё было чисто. Ну, скорее, сомнительно, но никаких доказательств. А я через епископа Дерптского получил доступ к ливонской документации, и наши люди раскопали массу интересного. Масштаб недоплат за эти годы порядка трёх миллионов гривен, и это чистая недоплата, без штрафов.