— Да, Вивьен, пытался вспомнить хорошие времена, — ответил он, стараясь говорить уверенно. — Но, видимо, сегодня не время для ностальгии.
Она слегка наклонила голову, внимательно изучая его лицо своими проницательными глазами.
— Ностальгия бывает полезной, но и опасной. Важно помнить, но не позволять воспоминаниям затмевать настоящее, — произнесла Вивьен, отпускаемая от его плеча, но не отводя от него взгляда. — У нас сегодня важная встреча, и твоя роль в этом — критически важна.
Её стиль был безупречен: она предпочитала классические, но элегантные наряды, часто выбирая строгие костюмы тёмных оттенков, которые подчеркивали её статус, но при этом не теряли женственности.
Одежда всегда сидела на ней идеально, что свидетельствовало о внимании к деталям и высоком уровне самодисциплины. Её волосы, тёмные как ночь, были собраны в аккуратный узел на затылке, открывая строгое, но красивое лицо. Вивьен обладала выразительными скулами, которые придавали ей благородный вид, а её глубокие карие глаза сверкают умом и решимостью, исполняя роли зрительного аудита для любого, кто осмеливался вступить в её разговор. Она могла одним взглядом заставить человека почувствовать себя неуверенно или, наоборот, дать понять, что он на правильном пути. Её губы были тонкими, но всегда покрытыми лёгким оттенком помады, что добавляло образу уверенности. Вивьен редко смеялась, но, когда это происходило, её улыбка была ослепительной и тепло обжигала своих собеседников, как приветствие старого друга.
Джонни, ощутив, как на него накатывает давление, почувствовал, как его мысли о празднике и семейных ценностях рассеялись вдали, как облака на небе. Он знал, что Вивьен всегда была серьезной — женщина, которая не допускала недовольства и не терпела слабостей.
— Конечно, я готов, — ответил он и собрался с силами, понимая, что ему придется переключиться на серьёзный лад.
Вивьен кивнула, их взгляды встретились на мгновение — она искала в нем уверенность, и он с готовностью предложил её. Джонни знал, что, когда дело доходило до работы, у Вивьен всегда были планы на несколько шагов вперед.
Один из экранов за пульсировал красным, отзываясь тяжелым ритмом тревожного сигнала. Алиссия мгновенно напряглась, её сердце забилось быстрее. Невероятная скорость реакции была результатом её многолетней подготовки и мастерства в работе с программами слежки. Когда на мониторе открылись тревожные данные, мысль мелькнула в голове: «Черт!»
Её взгляд тут же скользнул к Ларри, и в секунду их глаза встретились. Он узнал этот взгляд — взгляд, в котором смешивались тревога и решимость. Что-то действительно произошло, и в этот момент он понял: дело серьезное.
— Ларри, — произнесла она быстро, не теряя времени. — У нас проблема. Нам нужно действовать. Не дожидаясь ответа, Алиссия, как пуля, помчалась к двери, стремясь подняться наверх к руководителям. Она схватила планшет со стола — устройство, наполненное всеми данными, которые она успела скопировать. В её голове пронеслись мысли о том, что нужно сделать: она должна была быть на шаг впереди, чтобы предотвратить возможную катастрофу.
Ларри остался позади, но, осознавая всю серьезность ситуации, быстро собрался, следуя за ней. Он знал, что её интуиция редко подводила, и если она чувствовала угрозу, то метить в цели надо было незамедлительно.
— Что там произошло? — крикнул он ей в спину, пока они поднимались по лестнице.
— Код красный! — отозвалась девушка, — Если это то, чем мы думаем, времени практически нет.
Оба агента моментально оказались на балконе, где Джонни и Вивьен настороженно переглянулись, заметив, с какой спешкой поднялись их коллеги. Алиссия, словно осень вдруг налетела на летующий день, повернула планшет экраном к ним, не произнося ни слова — в её глазах отражалась вся серьезность ситуации. Она знала, что Джонни поймет, о чем идет речь, даже не требуя объяснений. На экране отчетливо был запечатлён момент, когда молодая девушка медленно передвигается по узкой дорожке в парке. Её длинные темные волосы цвета Мокко развеваются на ветру, а легкое платье нежно качается, в такт её шагам. Она выглядит невинной и беззащитной, погруженной в свои мысли, её лицо светится улыбкой, отражающей безмятежность момента. На фоне звучат звуки природы: шелест листьев, пение птиц, и всё это создаёт атмосферу спокойствия. За ней следовал мужчина с лысой головой и татуировкой паутины, вьющейся по его шее. Его фигура внушает тревогу: широкий плечи, низко опущенная голова, скрывающая часть лица. На губах играет едва заметная ухмылка, а в глазах виден опасный блеск. Он движется бесшумно, избегая прямого контакта с камерой, но его намерения ясны. Это не предвещало ничего хорошего. х