Кухня нашлась на удивление быстро.
Я взялась за приготовление блинчиков, весело напивая песенки. Максим, пробегая мимо стола, стащил румяный блинчик. Я сделала вид что не заметила. Стас тут же попытался повторить деяния "балбеса", но получил от меня лопаткой по лбу.
— Ай!-возопил он, не понимая за что ему прописали.
- Терпение! Вот приготовлю вместе покушаем
- А как же Макс?- обречено посмотрел на него Стас.
- Ему можно, он личность привилегированная.
— Друг! Скажи своей женщине, что я есть хочу, и что мне можно. А то я ее сожру!- дурачится Стас.
- Ну что ты нервничаешь? НА ТЕБЕ БЛИН. И ЧТО БЫ Я БОЛЬШЕ ВАС НЕ ВИДЕЛА.
Наша весьма недружная компания весело уплетала завтрак. Сама я ела мало, даже не ела, а просто щепала. Пытаясь понять сколько мне еще быть с ними. Отпустят ли меня. Или все моя песенка спета.
- Уважаемые, коль вы сыты и доволны, ответьте мне « долго ли мне лицезреть ваши морды»?- спросила я мило.
- Пока мне не надоесть тебя трахать
Я подавилась кофе. Его прямолинейность ввела меня в ступор. Неопределенность начинала меня бесить. Долго еще он будет ходить вокруг да около ! Сложно назвать конкретно срок моего заточения?
Они засмеялись. Да-да, конечно. Им кажется прикольным, что я хочу свободы. Но чего еще ожидать от конченых отморозков? Я даже не удивилась, просто захотелось заткнуть их, раз и навсегда, но или сделать так, чтобы последнее слово осталось за мной. Как там говорится « смеется тот, кто смеется последний»?
- Трахать?... Правильное слово. Я для тебя слишком неопытна. Тебе так не кажется? Или опытные уже не дают? - спросила я. А затем продолжала, не дав ему опомниться.- Знаешь, я не занимаюсь благотворительностью.
Стас покатился со смеху.
- Она тебя уела
Максим зло взглянул на друга. А затем посмотрел на меня, кажется, тормоза у него окончательно снесло. Его черты лица заострились, кулаки сжались. Он яростно заскрипел зубами.
Стас как-то сразу самоустранился.
- Я не могу понять, чего ты так разгневался, уважаемый-мило пропела я.
- Ты еще спрашиваешь?- прорычал он.-Я поражаюсь твоей глупости.
Мои глаза сами собой расширились. Я чувствовала, как опасность обволакивает кухню
- Я стараюсь понять, но пока мне это плохо удается, -как можно более спокойно проговорила я, предусмотрительно отходя назад.
- Не понимаешь?- произнес он.- Она не понимает,- прошептал он про себя, а потом снова посмотрел на меня. - Ты смеешь мне дерзить!
Я ощутила шок. Он серьезно? Мои нервы начинали сдавать
— Зачем так на правду реагировать
— Не смей! Никогда... разговаривать со мной в таком тоне, - прорычал он.- Я тебе не смазливый пацаненок.
- Что с тобою такое?- спросила я, как можно ласковее, хотя внутри меня бушевала неприязнь.