- Знаю! - шепнул Алекс.
А далее, не рассуждая, чтобы вдруг не передумать, Саня схватил обеими руками свой охотничий нож, и резанул по сухожилию куриной лапы. Нож легко перерезал связку, дойдя до кости.
- Ку-ка-ре-ку! - взвизгнула курица, и стала заваливаться на Сашку-промокашку, при этом отчаянно вертя головой, махая крыльями, и шелестя хвостом.
Едва увернувшись от падающего тела, Саня ещё раз пырнул курицу куда-то в район её жопы, и с нелепым в данной ситуации возгласом: Хай-я! Бросился бежать. Он так побежал, что вся энергия его тела ушла в ноги, не оставив для головы и мозга ни единого джоуля, а потому в памяти Ранецкого этот эпизод его жизни совсем не сохранился, а как Алекс попал в дом деда он ничегошеньки не помнил.
Память его включилась с того момента, когда он влетел в хату, схватил крынку молока, и, жадно глотая, выпил до дна.
Глуховка. 80-е годы.
Семья оказалась в сборе, и, сидя в рядок на лавке, со страхом смотрели на внучка и племянника. Их лица были напряжены, а глаза опасливо смотрели на родственника.
- Ты где был? - неожиданно строго поинтересовался дед. Такой строгости Сашка не припомнил уже лет пять.
- А чёрт его знает! - честно признался он, ибо рассказ о яйце до сих пор всерьёз не воспринимал.
- Точнее, племяш! - очень серьёзно проговорил Сергей, и тогда Ранецкий понял, что и здесь что-то произошло.
- В яйце! - решил он говорить правду, ибо к любой полу лжи надо было готовиться, а у него этого времени не было.
- Где? - воскликнули все трое.
- Внутри яйца, - пояснил Алекс.- Еле ноги унёс.
Семья переглянулась между собой. Высказался Сергей:
- Теперь придётся дальше уносить.
- Почему? - искренне удивился Саша.
- А ты разве ничего не знаешь? - спросила бабушка, затравленно глядя на внука.
- Смотря, что ты имеешь в виду.
- Настя... - начала бабушка, и осеклась.
- Что с ней? - напрягся Алекс.
- Её нашли... - начал было Сергей, но тоже замолчал, и отвернулся.
- Да что с ней?! - уже предчувствуя недоброе, заорал Сашка.
- Её изнасиловали и убили, - тихо проговорил дедушка. - Вот так. - И молча закурил свой "Беломор".
- О, Боже! Кто? - Саня сел на табуретку. - Мы с ней... вчера...
- Васька Изольдов утверждает, что это сделал ты. - Серёга положил руку на Сашкино плечо. - Так что сам понимаешь.
- И ему поверили? - возмутился Сашка, чуть не плача.
- Это деревня, Саня. Тут твоими алибями можно только задницу подтирать, - справедливо отметил дед.
- Ну, а вы? - Ранецкий посмотрел на родичей. - Надеюсь вы...
- Мы-то нет, племяш, успокойся и бог с тобой. Но вот остальные глуховчане настроены весьма серьёзно.
- Что они собираются делать? - голос Ранецкого задрожал.
- Они собираются устроить самосуд, - ответил дедушка.
- Забьют палками, и выбросят в лесу, на съедение зверью. - Уточнил Сергей.
- Ну и порядочки у вас! - возмутился Алекс. - А где же закон?
- Ты что не понял? - тихо спросила бабушка.
- Чего?
- Настеньку, девочку красавицу, которую все мы с детства знаем, кто-то изнасиловал, надругался и убил. Ей семнадцать вот только исполнилось. Какие законы, Сашенька?
- Значит, разбираться не будут?
- Пальцем на тебя уже показали, так что на пощаду не рассчитывай, - кивнул Сергей. - Эх, я бы этого Ваську...
- Тихо! - осадил сына дед. - Поздно кулаками махать.
- Что же делать? - уже всерьёз оценив ситуацию, спросил Сашка. Ему становилось слегка не по себе.
- Мы твои вещички собрали, - шепотом заговорила бабушка. - Не все, но самое основное. Остальное позже посылкой вышлем.
- И, что?
- Бежать тебе надо! - строго констатировал дед.
- Но, почему? Я ни в чём не виноват!
- Сергей тебя проведёт, - словно не слыша внука, продолжил дедушка.
- Но почему я должен бежать? Закричал Саня. - Тем более, если Настю...
- Вот именно, Настю. Красавицу Настю. Кто -то... - дед не смог повторить, что сделали с девушкой. - А потому, не спорь, если хочешь живым отсюда выбраться.
- Потом страсти улягутся, - успокоил Сергей. - Может, и настоящего убийцу найдут.
- Да я же был с ней ещё вчера!
- Где?
- В яйце.
- Забудь об этом.
- Да Васька-то Изольдов знает об этом. Он видел, как мы туда заходили.
Дед с Сергеем переглянулись.
- Тогда тебе уже ничего не поможет, - дедушка подтолкнул Ранецкого к выходу. - Беги!
- Серёжа, уводи его от греха подальше! - взмолилась бабушка.
- Пойдём! - Сергей взял Саню за рукав.
- Подождите! - Сашка упёрся в дверной косяк. - А как же вы? Ненависть ко мне падёт на ваши головы!
- С этим мы как-нибудь разберёмся, - успокоил дед.
- Я вас не брошу! - волна стыда налетела на Ранецкого. Как же он может покинуть своих...
- Беги, Сашенька! - запричитала бабушка. - Мы знаем, что ты не трус. Но своим присутствием ты сделаешь хуже только нам.
- Если тебя застанут здесь, то могут воспринять это, как покрывательство, и это лишь усугубит ситуацию.
- Пойми, Сашка, мы - свои! - пояснил дед. - Мы прожили здесь всю жизнь, и нас они не посмеют тронуть. А вот если застанут здесь тебя, то уж поверь: всех забьют, никого не пожалеют.
- А кто же её... - Саня чуть не разрыдался.
- Это всем интересно знать, но именно теперь правды никто искать не будет. - Дед снова подтолкнул внука к двери. - Беги, Сашка, уноси ноги.
- Беги, Сашенька! - бабушка уже рыдала вовсю. - Каждая секунда дорога. - Баба Аня осенила внука крёстным знамением. - Беги, и не оглядывайся.
Попрощавшись наспех, Сашка выбежал на задний двор. Там его уже ждал Сергей с охотничьим ружьём, с ножом на поясе и топором за поясом.
- Дай мне что-нибудь! - взмолился Алекс.
- Что, пострелять захотелось? - Серёга зарядил ружьё.
- Но, как мне защищаться?
- Я ни в кого стрелять не собираюсь, и тебе не позволю. А ружьишко - это так, для острастки, чтоб на расстоянии удерживать.
- Сергей!
- Я буду стрелять только в воздух, дурья твоя башка! Трупов тут ещё не хватало! У нас здесь, Слава Богу, не Сицилия.
- А жаль!
- Что?!
- Ваську Изольдова собственными руками удавлю.
- Вот руками и дави, но только не здесь и не сейчас.
- Сергей!
- Всё! С этой секунды все мои команды выполнять со скоростью молодого солдата. Понял!
- Понял!
- Ладно, племяш, не дрейфь, выкрутимся.
- Я не боюсь. Я просто хочу знать, кто... - комок застрял у Сашки в горле, в носу защипало, на глаза навернулись непрошенные слёзы.
Серёга положил свою огромную ручищу Саньки на плечо.
- И я хочу. И все хотят. И Васька Изольдов, поверь, хочет. И если он найдётся, я тебе гарантирую: до суда эта мразь не доживет. Порвут к чертям собачьим. Ну, а пока, если не хочешь, чтобы разорвали тебя, беги за мной.
С этими словами Сергей рванул в сторону леса.
Ранецкий последовал за ним, но едва он добежал до первых деревьев, как услышал позади себя истошный вопль Васьки Изольдова.
- Вон он!!! Лесом уйти хочет!
- У!!! - услышал Санька самосудный приговор озверевшей толпы.
Алекс не оборачивался, чтобы не тратить сил. Он бежал на последнем издыхании, и понимал, что пробежка внутри яйца забрала слишком много сил. Однако он осознал вдруг и другое, оценив глубину иронии сложившейся ситуации. Он понял неожиданно, что существует единственное место, где он сможет спрятаться от озверевших глуховчан. И местом этим являлось яйцо, которое он покинул менее часа назад.
Серёга, стреляя в воздух, пытался увести погоню в сторону, что ему, в общем-то, удалось.
- Каррр! - услышал Алекс знакомую аббревиатуру.
- Каррр! - набравшись наглости, ответил он древней птиц.
- Прошу! - неожиданно галантно пригласил ворон, указывая на раскрытые створки крылом.