Либо тот, кто чистил комнату от магии, сделал свою работу великолепно, либо никаких эманаций проникнуть сюда не успело. В конце концов, ход ведь не открылся, старший дознаватель остановил ритуал когда воронка из зачарованного металла только начала закручиваться.
Похоже, в данном конкретном случае комендант оказался прав, комната действительно была чистой, а студенты отказывались тут селиться из-за обычных суеверий.
А вечером того же дня пришло письмо от Аманы. Она, наконец, закончила с делами и направлялась в столицу.
Монеты Империи по отношению к валюте РФ:
Зегций — медная монета малого размера. По стоимости равна примерно 150 рублям.
Арций — крупная медная монета. Равна десяти зегциям или примерно 1500 рублей.
Терций — малая серебряная монета. Равна десяти арциям или примерно 15 тыс. рублей.
Мереций — большая серебряная монета. Равна пяти терциям или примерно 75 тыс. рублей.
Аларций — золотая монета. Равна десяти мерециям или примерно 750 тыс. рублей.
Таким образом, стоимость зачарованной формы из живых нитей составляет примерно 1.5 млн. рублей.
Глава 21
Лошадь в конюшнях Академии я взял без каких-либо сложностей, так же спокойно выехал за ворота города и, двигаясь по главному тракту, пересек просторную долину и поднялся на высокий холм. Там спешился, оглянулся. С холма открывался отличный вид на город и на все его живописные окрестности. Особенно на лагерь беженцев.
Теперь предстояло немного отойти от дороги и ждать. Ждать, вероятно, долго, так что я достал купленную на выезде сегодняшнюю газету и развернул, проглядывая заголовки. Замер. Вернулся к самой первой странице и начал читать внимательно.
К тому времени, как я закончил, мимо прошло около десятка торговых караванов, несколько отрядов нобилей и около сотни одиноких всадников…
Занятый учебой, последние недели я почти не следил за происходящим в стране, лишь слышал иногда обрывки чужих разговоров о том или ином событии.
Итак…
Две южные провинции закрыли границы для любых визитов, будь то торговля или личные дела, по причине вспышки «маридской чумы», однако при этом категорически отказались от помощи имперских целителей. Еще одна приморская провинция на востоке страны сделала то же самое, только без каких-либо поводов или объяснений. И хотя в статьях, описывающих эти события, ничего такого не говорилось, я был почти уверен, что это главы местных кланов решили пойти на поклон к демонам и стать шибинами.
На западе страны корневые земли одного Старшего клана оказались почти отрезаны от основной территории Империи из-за трех одновременно открывшихся прорывов в Бездну — безопасной осталась лишь единственная узкая долина между горами, по которой жители этой земли сейчас бежали, надеясь спастись прежде, чем откроется четвертый ход или уже выбравшиеся из Бездны твари их сожрут.
В центральных землях, на одной из Границ, боевые маги подняли бунт. Похоже, что назвать причину бунта напрямую газетчик не мог из-за цензуры, но по некоторым раскиданным в статье намекам я понял, что тем магам критически не хватало зачарованного оружия и амулетов, а жалование им платили в последний раз в середине лета.
Было и много иных событий, не столь катастрофичных, но общая картина складывалась мрачная.
Читая, я не мог отделаться от ощущения, будто огромный невидимый паук опутывает Империю своей паутиной и затягивает одну нить за другой — крепко, до удушения. И не дожидаясь, пока жертва прекратит трепыхаться, пьет ее кровь…
А мое вмешательство — спасение клана аль-Ифрит, случайное разоблачение шибинов в Академии — лишь разорвало несколько одиночных нитей в этой огромной паутине.
Я медленно свернул газету и убрал в седельную сумку, думая о своем прежнем желании, чтобы меня оставили в покое и позволили спокойно учиться.
Но имело ли это смысл сейчас, на фоне всего происходящего? И хотел ли я продолжать притворяться обычным студентом?
Но все же меня смущало то, что Церковь до сих пор ко мне не обратилась. Ее иерархи должны были хотя бы подозревать, кем я являюсь на самом деле, ведь светлейший Теаган обязан был доложить обо мне вышестоящим жрецам. Кроме того, я предполагал, что у церковников существовали свои методы вычислить посланника богини.
Почему же они молчали?
Ждали?
Но чего?
Возможно, стоило спросить их напрямую.
Конечно, никто не заставлял меня встречать прибывающий отряд так далеко за пределами города, да и вообще встречать. Правила этикета к этому тоже не обязывали — Кастиан вот предпочел отправиться на занятия в Академию — но у меня были на то свои причины, и желание скорее увидеть Аману являлось лишь одной из них.