Странно. Он ведь говорил мне, что не владеет магией. Или я что-то перепутал?
Жрец, оказывается, успел переодеться, вернуться и предусмотрительно остановиться в некотором отдалении от нас. И правильно — безоружному человеку не стоит лезть под вооруженную руку, даже если схватка тренировочная.
— Что это значит? — без тени прежней мягкости спросил он, пристально глядя на моего противника. Тот, впрочем, ни капли не смутился. Хмыкнул, бросил меч в ножны и только потом заговорил:
— В кои-то веки, племянник, я доволен выбором твоего управляющего. Конечно, над вежливостью молодого человека стоит поработать, но для тренирующего тебя мастера-мечника это не самое важное качество.
Глава 28
Теаган поднял брови с таким видом, что мне стало неловко.
— Прошу прощения, светлейший, — сказал я. — Боюсь, в этом новом недоразумении вина уже моя.
— Недоразумении? — повторил дядя жреца недоуменно и перевел взгляд с Теагана на меня. — О чем речь?
— Я не новый инструктор, — пояснил я. — Мне следовало предупредить об этом сразу, но моя последняя тренировка на мечах была так давно, что я не смог пропустить эту случайную возможность. Должен сказать, мне редко попадаются настолько достойные противники.
Дядя Теагана нахмурился еще сильнее — похоже, мое объяснение, хоть и полностью правдивое, его не устроило, — и повернулся к племяннику. В этот момент я отметил, что переоделся Теаган вовсе не в жреческую мантию. Одежда на нем сейчас была такая, какую обычно носили молодые нобили.
— Объясни, кто он? — потребовал дядя, ткнув в меня пальцем. Теаган на мгновение недовольно поджал губы, но все же ответил:
— Рейн аль-Ифрит, — и добавил с нажимом: — Мой гость.
— Аль-Ифрит… — повторил его дядя и окинул меня оценивающим взглядом. — А почему родового сходства нет?
— Потому что я — признанный кланом бастард, — сказал я со вздохом. В Академии к моей совсем не-альифритовской внешности никто не придирался, и я как-то об этом позабыл. Вернее, просто не думал.
— Какое отношение ты имеешь к дану Хеймесу? — тут же задал следующий вопрос дядя Теагана.
— Э-э, — я не сразу понял, что именно он хотел услышать. — Я его кузен. Мой отец был младшим братом его отца…
— Какой курс Академии?
Это все больше напоминало допрос, но я ответил.
— Первый.
— Ты прибыл в столицу по указу императора?
— Да.
— Почему дан Хеймес не ввел тебя в род, если счел достаточно полезным, чтобы признать официально?
Новый вопрос вылетал едва ли не прежде, чем я успевал ответить на предыдущий. Я подавил раздражение, начавшее было поднимать голову, — я ведь планировал как можно больше узнать о внутренних делах Церкви, а ссора с родственником моего проводника по Обители достижению цели не поможет.
— Мы немного поспорили, — в ответе я использовал то объяснение, о котором мы с аль-Ифрит договорились еще в корневых землях. — И дан Хеймес решил, что для меня будет лучше какое-то время пожить в столице.
— О чем поспорили? — тут же потребовал дядя Теагана.
— Это личное, — сказал я твердо. Причину «разногласий» мы тоже придумали, но мне окончательно надоело отвечать на бесцеремонные вопросы чужака.
Лицо дяди Теагана так отчетливо отразило недовольство моим отказом говорить, что Теаган счел нужным вмешаться:
— Рейн рассказал вам достаточно, дядя. Уверен, у вас есть множество других, более важных дел, чем допрос моего гостя, — он вновь сделал ударение на последнем слове.
Его дядя еще раз осмотрел меня, причем слишком уж внимательно; будто бы хотел взглядом содрать кожу, а потом и мясо, и на всякий случай изучить каждую кость моего скелета на наличие неправильностей.
— Как скажешь, племянник, — проговорил он после паузы. — Как скажешь. — А потом неожиданно широко ухмыльнулся. — Аль-Ифрит — твой гость, надо же! Ты радуешь меня, Теаган, весьма радуешь, — после чего развернулся и зашагал прочь по той же тропе, по которой здесь появился.
Я бросил быстрый взгляд на Теагана — тот довольным похвалой не выглядел. Губы его были плотно сжаты, глаза смотрели вслед дяде холодно и с прищуром.
Я тоже посмотрел вслед уходящему человеку, пытаясь понять, почему он так выделил название клана… а потом до меня дошло. А еще в этот момент я понял, почему Теагана сослали именно в Броннин. Не только потому, что город этот был близок к столице, богат, ухожен и безопасен, как я недавно думал, но и потому, что находился он в корневых землях потомков демона. Пусть отдаленных потомков, но все же. Теагана ведь судили и наказали за участие в делах белой секты, а белые секты более всего славились своим нетерпимым отношением ко всему хоть сколько-нибудь демоническому.