— Мне нужна информация…
— Это не так просто. Я не могу вам обещать…
— Я дам тебе все, что нужно. Любые деньги, ресурсы, людей, гарантию безопасности.
— Я понял все, Андрей. Только я тоже не всесилен. Мне нужно еще немного времени. Сделаю все, что смогу…
— Поедешь с моими людьми. Водитель ждет тебя на улице.
Я понимал, что теперь этого паренька нужно крепко держать при себе. Не только потому что он нам нужен, но и для того, чтобы ему раньше времени рот не закрыли пулей в висок и не уплыла важная информация. Мне нужно, чтобы он постоянно был на виду и под нашим контролем. И в этом деле я не собирался терять ни минуты. Он замялся от моего напора и тона, который не терпел возражения.
— Это лишнее, Андрей.
— Не спорь, мне виднее. Просто поверь и езжай.
Он не ответил, ведь понимал, с кем связался. Но отступать поздно, да и не дал бы ему никто. Отсюда не уходят, как любил всегда говорить мой отец.
Я дождался, пока они отъедут и вернулся в ресторан — забыл на столике телефон, а без него никак. Вовремя вернулся, так как заметил уведомление о нескольких пропущенных.
Итак, врач… В груди неприятно кольнуло. Несколько дней назад отцу опять стало плохо, приступы случались все чаще, и в этот раз ему пришлось остаться в больнице. Он конечно устроил там скандал, посылая ко всем чертям врачей и обещая отыметь всех молоденьких медсестер, чтобы мы убедились, что он здоров как бык, но пришлось подчиниться. Как минимум пару недель нужно было оставаться под присмотром, и мне каждый день звонили оттуда, чтобы сообщить о состоянии здоровья отца.
Набрал его и, услышав, что все под контролем, выдохнул. Хоть об этом пока что можно не волноваться.
Кто у нас дальше? Листая журнал вызовов, увидел, что не успел ответить Насте. Здесь, конечно, несколько вариантов. Надеюсь, она просто соскучилась. Новости, которые входят в ее компетенцию, редко бывают хорошими.
— Алло, Настя, ты звонила?
— Привет, Андрей. Да. У меня для тебя две новости… Прям классика жанра.
— Ясно, начни с плохой.
— Карина попала в милицию…
Твою мать. Как в милицию? Я чертыхнулся и, схватив ключи, побежал к машине, на ходу отключая сигнализацию.
— Что она натворила?
— Да не переживай, там ничего серьезного… В этот раз.
Я знал, что моя дочь — это чертенок, я установил над ней жесткий контроль. Похоже, мне нужно устроить показательную казнь службе безопасности. И сменить всех нахрен.
— Я лечу уже. Буду в течение получаса. А хорошая какая?
— Она у меня. И… в общем, это не по телефону.
— Настя, не испытывай мое терпение, вот сейчас явно не время. Договаривай.
— Она согласилась встретиться с врачом. Есть у меня один. Я тебе гарантирую, что это поможет…
— Настя-я-я, ты знаешь, скольких врачей мы обошли? Хватит. Нам это не нужно. Одним шарлатаном больше — одним меньше.
— Нет, Андрей. Этот не шарлатан. Только есть один момент… И это будет непросто…
— Какой момент?
— Он введет ее в состояние гипноза, и ей придется пережить все заново.
— Об этом не может быть и речи. Даже обсуждать не буду.
— Андрей… я ведь никогда тебе не советовала ничего, если не была уверена. Ты знаешь, сколько я таких искалеченных видела? Пачками через нас проходили. И я знаю, о чем говорю.
— Настя, я сказал НЕТ. Не думал никогда, что мне придется повторять дважды. Никакого гипноза. Она только начала в себя приходить.
— Андрей. Ну до чего же ты упрямый… Я же хочу как лучше.
— Настя, тема закрыта. Я заберу дочь, и мы к этому разговору больше не возвращаемся. Еду… — и нажал на кнопку отбоя.
ГЛАВА 4. Карина
— Дашка-а-а-а, как же я соскучила-а-а-ась, — бросилась ей в объятия, крепко прижимаясь. Я правда чертовски по ней тосковала. Дома стало совсем пусто, да и видеться, после того как Дарина с Максом поженились, удавалось не так уж и часто.
— Ой, Каринка, я тоже… Ты где пропадаешь?
— Да не спрашивай, — смотрела на ее счастливое лицо, блестящие глаза и прям завидовала по-доброму, как она сияет. — С моим папашей особо не увильнешь.
— Карина, Андрей просто волнуется. Постарайся понять, он боится за тебя…
— Ага, боится он. Ладно, давай лучше о хорошем. Ты-то как тут? Вижу, супружеская жизнь пошла тебе на пользу…
Дарина покрылась румянцем, а я засмеялась. Ну вот кто из нас тут взрослее? Мне так понравилось ее смущение, что хотелось вогнать ее в краску еще больше.
— Ладно-ладно, можно без подробностей. Я свою юную и неокрепшую психику берегу, с молоду, как говорят. А то мне еще жить и жить, а тут такое.