- Сожалею. Я могу чем-нибудь помочь?
- Не думаю. Разве что у тебя найдется лишних 20 тысяч долларов.
Я немного помедлила, даже не надеясь, что все будет настолько… нет, не просто, не тот случай. Вот только я сама не могла поверить, что у меня может получиться. Сперва я думала представиться журналисткой, но раз она так много обо мне знала, вряд ли поверила бы в резкую смену профессии. Хотя, к счастью, ее сведения устарели лет на десять. Да еще это упоминание про дурь… Нет, не стоит пока об этом думать, иначе может не получиться.
- Допустим, найдется, - я посмотрела Алине в глаза, без труда прочла там обиду и недоверие. Она резко вскочила, и устремилась к выходу из кафе. Я догнала ее у самой двери.
- Сядь. Нам надо поговорить, - мягко сказала я.
- Если это какая-то дикая шутка, ты пожалеешь, что вообще меня встретила, - выдавила она.
- Поверь мне – я о многом жалею в своей жизни. Но это не шутка. Я действительно готова тебе помочь.
- Подарить 20 штук из собственных трудовых доходов? – она истерично рассмеялась, и я заметила, как на нас стали обращать внимание, - вот уж никогда не подозревала, что ты у нас альтруистка. Думаешь, я поверю, что ты готова отстегнуть мне такие деньги?
- Почему же – подарить? – взвешивая каждое слово, начала я, - тебе их придется заработать.
- Значит, мы подошли к самому интересному, - она напряглась, и я поняла, что если не потороплюсь ей все объяснить, могу все испортить.
- Мне нужна услуга. И тебе даже не придется никого убивать.
- И на том спасибо. Но что мне нужно сделать? Закрыть какое-то дело? Так я не веду следствие.
- Все намного проще, - я откинулась на спинку стула, и позволила себе слегка расслабиться, понимая, что наживку она уже заглотнула. Теперь, главное, чтобы она не сорвалась с крючка, - деньги в обмен на информацию.
- Ты хочешь, чтобы я шпионила за своими? – возмутилась Алина.
- Мне нужно, чтобы ты достала дела пятнадцатилетней давности и сняла с них копии. Я скажу тебе какие именно.
- По-твоему, эти дела стоят таких денег?
- Они интересны только мне. Поверь – для всех остальных это всего лишь куча пыльной бумаги.
- Придется поверить, - лейтенант не сводила глаз с чашки кофе, ее пальцы, сжимавшие сумочку напряглись и побелели, - я согласна. Когда я получу деньги?
- Половину прямо сейчас, - я достала из сумки книжку в мягкой обложке с иллюстрацией целующейся парочки (что может быть более невинно), и протянула ее Алине. Она удивленно посмотрела на меня, потом перевела взгляд на книгу, и, наконец, сообразив, быстро спрятала, - вторую – как только копии будут у меня. И, конечно же, я хочу, чтобы это осталось только между нами.
- Могла бы не предупреждать. Я могу лишиться работы.
- Не бойся, не лишишься. К тому же, твой сын выздоровеет. Разве это не самое главное?
- Я тебе позвоню, - сухо ответила она вставая.
- Буду ждать, - сделав глоток уже успевшего остыть кофе, я прикрыла глаза, улыбаясь своим мыслям.
Одна проблема решена. Ну, почти. Совсем скоро я узнаю то, ради чего я сюда приехала, а если мне повезет – еще и вернусь домой живой. Кстати, о везении… Что-то давно нам не дает о себе знать наш преследователь. В том, что он продолжает за нами наблюдать, у меня не было не малейших сомнений. Более того – живя в доме Миши, я была просто уверена, что ни вооруженная охрана, ни сигнализация не смогут его остановить. Остается лишь догадываться, что скорая встреча с нами пока не входит в его ближайшие планы.
Мои мысли прервал звонок мобильника. Высветился знакомый номер, и с легким волнением, я тихо произнесла:
- Слушаю.
На том конце была тишина, и даже не понимая толком, что делаю, дала отбой. Я приобрела телефон недавно, взамен потерянного при похищении. Значит старый мог оказаться где угодно, у кого угодно. Внезапно, словно очнувшись, я набрала последний вызов, и замерла, ожидая чего угодно, но только не того, что спустя пары мерных гудков, кто-то снимет трубку. Не было слышно ни звука, и все же я могла в этом поклясться, что там кто-то есть.