Выбрать главу

Он смотрел на девушку внимательно, чуть прищурив взгляд, словно хотел забраться в ее голову, чтобы прочесть то, о чем она думала в эту минуту. Девушка поспешила отвернуться, и, схватив протянутый стакан, слегка поморщившись, осушила его до дна.

- Полно вам, ребята. Не стоит так переживать. Вполне возможно, что уже завтра мы будем пить шампанское!

- Или хлебать тюремную баланду,- изрек Пашка, до того не подававший голоса.

- А вот это замечание было лишним,- заметил Мишка, чуть нахмурившись, - я же не для себя стараюсь. Ну ладно, не только для себя. Это нужно всем нам. И это наше общее решение.

- Тут ты прав, - усмехнулся Алешка, - ладно, ребята. Нам пора. Завтра, как договаривались.

Он взял за руку Марину и поспешил покинуть друзей.

- Надеюсь, ты нас не подведешь? – услышал он вдогонку возглас Михаила.

- Я приду, - не останавливаясь, твердо сказал Алеша.

Они проехали совсем немного, когда Марина попросила его остановиться. Съехав с дороги, он остановил мопед, и несколько минут они шли в тишине, углубляясь в лес.

- Ты чего? – удивленно спросил он. Наступила ночь, звезды были необычайно яркими, освещая ребятам дорогу. Легкий ветер шевелил длинные волосы девушки, и в этот миг молодой человек почувствовал странное волнение. Он давно уже признался себе, что испытывает к Марине не просто дружбу или симпатию. Он был влюблен, и эта первая любовь делала его счастливым, сильным, способным на любые безумства.

- Ты не боишься? – тихо спросила она.

- Боюсь, - честно признался он, глядя в ее удивительные глаза, пытаясь запомнить их выражение в этот миг.

- Это может быть наша последняя ночь,- вздохнула девушка, смущаясь.

- Ты уверена? – не веря в то, что слышит, спросил Алеша.

-А ты? – она прямо посмотрела на парня. В ее взгляде был вызов, борьба с самой собой, а еще страх. То же самое в этот момент чувствовал Алексей.

- Тогда, - у него неожиданно от волнения перехватило горло, - тогда, я думаю нам нужно взять от этой ночи все, что сможем.

Он несмело протянул руку к ее лицу, погладил по щеке. Марина закрыла глаза, боясь, что это всего лишь, сон. И стоит ей проснуться, она потеряет эту ночь, Алешку, его прикосновения, поцелуи… Он обнял девушку, продолжая ее целовать. Марина подалась к парню, обхватила за шею, и запустила руку в его густые темные волосы.

 

Она вернулась домой под утро, в надежде, что все спят, и ее поздний приход останется незамеченным. Но Марина ошиблась. На кухне сидела мать, красные, воспаленные глаза которой красноречиво говорили о бессонной ночи.

- Ты была с ним? – заговорила она резким, неприятным голосом.

- Я уже взрослая. И сама решаю, с кем буду проводит время.

- Шлюха! – совершенно неожиданно для девушки, мать, вскочив, больно ударила ее по щеке, - такая же шлюха, как и его мамаша.

- Ты не имеешь права так со мной говорить! – возмутилась девушка, прижимая дрожащую ладонь к горящей от пощечины щеке. Она чувствовала, что может расплакаться в любой момент, но почему-то не хотела этого делать здесь, при матери. Это могло все испортить, осквернить воспоминания об этой удивительной ночи, и о том, кого она любила.

- Я твоя мать! – выкрикнула женщина.

- Ты что-то слишком поздно об этом вспомнила, - с какой-то непонятной ей самой злостью закричала девушка. В этот миг она уже не боялась, что их могут услышать, и возможно, понять, что здесь происходит. Ей было все равно, что будут думать о ней. Но она не позволит испортить эту ночь! – Тебе никогда не было до меня дела. Разве ты когда-нибудь интересовалась, чего я хочу? Что мне нравится? Ты всегда была холодной и злой. Для всех, кто тебя окружает. Ты ненавидишь и презираешь отца, но продолжаешь с ним жить, потому что именно так ты решила.

- Я исполняю свой долг – жены и матери!

- Ты не знаешь, что такое любить своего ребенка, - не замечая, что плачет, в сердцах бросила Марина. Тебе наплевать на все, что не касается тебя самой.

- Зато он, по-твоему, тебя любит? Да он пользуется тобой, как бесплатной подстилкой. А как только уедет отсюда, тут же забудет о тебе.

- Как ты смеешь говорить такое?

- Смею! Потому что знаю, кем была его мать. Это позор! Позор для нашей семьи! Как ты могла связаться с этим … этим… - женщина запнулась, не находя слов.