- По-прежнему ничего не хочешь объяснить?
- Мне нечего тебе сказать. Я благодарна, что ты вытащил меня из огня и не дал умереть. Но поверь, если бы я хоть что-то знала, то обязательно сказала.
- Сомневаюсь. Похоже, ты не совсем понимаешь, что происходит. Вчера мы оба могли погибнуть. Кто-то пытался нас поджарить живьем. У меня здесь нет врагов. А как на счет тебя? Слишком часто ты в последнее время попадаешь в неприятности. Может быть, пора уже обратиться в милицию? Или хотя бы для начала поделиться со мной?
- Не могу, - помолчав немного, решилась ответить я.
- Тебе кто-то угрожает? – нахмурился Дмитрий, - просто скажи мне об этом!
Он встал, и привычная кухня вдруг стала маленькой и тесной, а у меня обнаружились первые признаки клаустрофобии. Черт, разве можно так реагировать? Пора, наконец, взять себя в руки.
- Ты ведь можешь уехать отсюда. Вместе со мной, - неожиданно для меня сказал он. Впрочем, глядя на выражение его лица, я могла бы сказать, что это было неожиданно даже для него. Нелогично, абсурдно, и полностью сбивало с толку.
Раздраженный моим молчанием, мужчина подошел к окну, и оперевшись на подоконник сурово воззрился на меня. Его желваки напряглись, руки моментально сжались в кулак:
- В следующий раз тебе может не повезти.
- Я рискну, – так же встав, ответила я, - это моя жизнь и только мне решать, что с ней делать.
- Спешишь умереть?
- Тороплюсь жить, - улыбнулась я.
Подойдя к нему, я ощутила всей кожей исходившую от него ярость, раздражение и недоверие. Странное сочетание, если учесть, что мы знакомы слишком мало, чтобы я могла вызвать в нем подобную смесь чувств.
- Это может плохо закончиться, - отрезал он.
- Все когда-нибудь заканчивается. И не всегда так, как мы того хотим.
Я посмотрела в окно – на землю опустились сумерки, кое-где в квартирах загорался свет, но мы стояли в полумраке в полнейшей тишине, каждый думая о чем-то своем.
- Зачем ты вернулась? – нарушил тишину его голос, – ты же уехала отсюда много лет назад. Сама мне говорила, как тебе не терпелось это сделать. Но почему именно теперь?
Что я могла ответить на его вопрос? Что преступника всегда тянет на место преступления? Или что узнать правду для меня гораздо важнее, чем спасти собственную жизнь?
- Иногда, чтобы не бояться будущего, нужно взглянуть в глаза прошлому.
- Что ты сделала? – неожиданно он схватил меня за руку и крепко сжал.
- Я же сказала, что не помню, - возмутилась я, пытаясь вырваться.
- Но, возможно, что тот, кто тебя преследует, этого не знает? И твои воспоминания могут ему навредить.
- Я не могу представить, кто бы это мог быть, - совершенно честно ответила я, ибо совершенно не понимала, как такое могло бы произойти. Мы все были замешаны в этом деле и я сомневалась, что кому-то из нас пришла бы мысль пойти в милицию и все им рассказать. После стольких лет это было бы неразумно, опасно и нелогично. И каждый из нас это знал. Страх перед разоблачением крепко держал нас в узде, не позволяя говорить лишнего даже тем, кто был нам близок. Это только наша тайна, а, значит, никто другой не мог быть в нее посвящен.
Я посмотрела ему в глаза, потом перевела взгляд на покрасневшее запястье – что ни говори, а хватка у него была железная
- Извини. Не хотел делать тебе больно, – покаялся он,- мне пора. Надеюсь, что ты все же подумаешь над моими словами. Я хочу тебе помочь.