Как только я вошла в квартиру тети Клавы, на меня нахлынули воспоминания детства. Здесь я проводила много времени. Занимаясь, смотря телевизор, просто разговаривая с ней. Она знала столько интересного, была всегда терпелива и добра со мной. Я даже не представляла, насколько мне не хватало ее все эти годы. А теперь…
Я села на кухне, невидяще смотря в стену. Не ожидала… не хотела… не планировала… все должно было произойти не так. Я не предполагала, что эта смерть настолько выбьет меня из колеи, заставит почувствовать слабой и беспомощной. Но я не могу! Просто не могу отказаться от того, что задумала. Она просила отпустить его… Отпустить Алешку, но я не могу. Не смогу продолжать жить с этим чувством, пожирающим меня изнутри.
Услышав звонок мобильного, тут же пожалела, что взяла его с собой, но увидев, чей номер высветился на экране, поспешила ответить.
- Пашка? Что случилось.
- Ты не могла бы за мной приехать? – раздался его неуверенный голос. Вот чего никогда не было в Пашке, так это неуверенности. Что, в конце концов, происходит?
- Приехать за тобой? Разве тебе еще не рано выписываться?
- Понимаешь, - он на несколько секунд замолчал, - я не могу здесь больше оставаться. Ты приедешь?
- Приеду! – сдалась я, - и поговорю с твоим врачом. Вдруг он сможет тебя образумить. Или с этой медсестрой. Юлей. Так ведь ее зовут?
- Попытка не пытка, - хмыкнул он. - Я тебя жду.
Я отложила мобильник на стол, и нахмурилась, не в силах преодолеть скверное предчувствие, нахлынувшее после нашего разговора. Почему Пашка позвонил именно мне? Не Мишке, не Никите, а именно мне. Возможно, он хочет что-то рассказать, но не решается сделать это в их присутствии? А может быть, он что-то заподозрил… что-то на счет меня. И прежде чем все сказать ребятам, хочет сначала выслушать меня, чувствует себя обязанным… Что же, можно строить предположения до бесконечности, но если я хочу побыстрее рассеять свои подозрения, нужно отправляться в больницу прямо сейчас.
Глава 21
Пришлось взять такси. Мне не хотелось, чтобы Пашка знал о моем альтернативном способе передвижения. Не прошло и получаса, как я подъезжала к больнице. Сунув водителю деньги, попросила его подождать. В конце концов, мне придется возвращаться назад, как только получится отговорить приятеля от дурацкой затеи уйти из больницы на переломанных ногах.
Пашка был в палате, что меня совершенно не удивило – ходил он с трудом, тяжело опираясь на костыли и морщась от боли и неудобства. Синяки начали сходить, окрасив его лицо в тусклые оттенки синего и красного с желтыми пятнами по краям. Ну, по крайней мере, у него есть все шансы счастливо избежать обвинений в пытках, убийстве и сокрытии трупа. Окрыленная этой мыслью, я напустила на себя беззаботный вид и вошла в палату:
- Привет, братишка! Выглядишь хреново.
- Спасибо. Я тоже рад тебя видеть, - он вымученно улыбнулся и отвел глаза. Странно! Что бы это значило?
- Я слышал о тете Клаве… Ребята вчера сказали. Извини, что не был на похоронах.
- Принято, - кивнула я, - может быть, объяснишь, какого черта тебе не сидится в палате? Захотелось приключений? Тебе мало того, что было?
- Я хотел с тобой поговорить,- он кашлянул, схватил с тумбочки стакан с водой и сделал несколько глотков. Я поняла, что он попросту тянет время, не решаясь мне что-то сказать.
- Не томи.
- Извини, в горле пересохло, - он снова отпил, и, наконец, поставил стакан на место.
- Черт возьми! Ты меня тревожишь!
- Марина! Тебе это может показаться глупым, но я…
Вихрь по имени Юля влетел в палату, заставив моего друга заткнуться, а меня разочарованно вздохнуть.
- Потом поговорим, - с нервным смешком сказал он, принимая от девушки поцелуй. Кажется, я действительно многое пропустила.
- Константин Михайлович не возражает. Поворчал, правда, немного, но, думаю, что это только для вида. В общем, я все устроила и скоро можно ехать.
- Куда ехать? – тупо переспросила я, чувствуя как моя левая бровь поползла вверх.
- Ко мне! – радостно ответила медсестра, - Павла выписывают под мою ответственность. Я, все-таки медсестра, и смогу за ним присмотреть.