Мой смех заставил его на секунду остановиться. В глазах промелькнул отблеск какого-то чувства. Мощная оплеуха отбросила меня от него:
- Заткнись!
Я слизнула выступившую на губах кровь, и, улыбнувшись, смело посмотрела ему в глаза.
- И что дальше? Сдашь ментам? Убьешь? Только учти, с огнем до сих пор у тебя выходило хреново. Может, стоит попробовать воду? Или серную кислоту? Мы прожили дольше, чем было задумано?
- Ты! Ты прожила дольше! – одна его рука схватила меня за многострадальное плечо, а вторая легла на шею. Взгляд стал холодным, губы скривились в улыбке, - достаточно сжать посильнее, и мир не досчитается одной воровки и шлюхи.
- Может, в этот раз у тебя все же получится, - говорить со сдавленным горлом было тяжело. На глазах выступили слезы, поэтому я не сразу поняла, что происходит, услышав над собой звук, похожий на удар и болезненный стон, и в ту же секунду оказалась придавлена к земле телом своего преследователя. Бесчувственным телом, судя по тому, что оно вдруг отяжелело, а его рука больше не сжимала мою шею.
- Только не говори, что убил его! – раздался голос Никиты, и я поняла, что до сих пор еще никогда не была так рада его слышать.
- Ты же видел, как он ее душил, - Мишка! Я почти была готова кинуться ему на шею от счастья. Хотя, похоже, чувство эйфории проходило, и я столкнулась с реальностью – на мне лежал истекающий кровью человек, а освободиться самостоятельно от этого груза у меня не было сил.
Видимо, почувствовав мое состояние, кто-то убрал с меня неподвижное тело моего преследователя, и слегка придержал меня за спину, потому, что сидеть самостоятельно было для меня проблематично. Только сейчас я поняла, насколько устала и ослабла. Мне хотелось забиться куда-нибудь в уголок, и просто поплакать. Чтобы никто не видел, никто не нашел. Мне хотелось одиночества и покоя. Но теперь, похоже, моя мечта сможет осуществиться не скоро.
- Он мертв? – я чувствовала, как руки Рыжика крепко обнимают меня, но была ли я в безопасности?
Мишка подошел к неподвижному телу и перевернул его ногой. Похоже, удар по голове надолго вывел этого психа из строя. Я потянула Никиту за руку, давая понять, что хочу встать. Он поднялся, и осторожно потянул меня за собой вверх.
- Живой, - я не доверяла Мишкиному поверхностному осмотру, и подошла ближе к телу, боясь склониться слишком близко. На миг мне показалось, что он мертв, но в следующее мгновение увидела, как он дышит.
- Жаль, - мы переглянулись. И я прочла в глазах своих друзей одно и то же желание – увидеть этого типа мертвым. Но во мне было что-то, что отчаянно этому противилось.
- Не думаю, - возразила я, следя за тем, как его грудь вздымается все реже.
- Тебе его жаль? – усмехнулся Мишка.
- Жаль упущенной возможности, - довольно резко ответила я, - не хотелось бы угодить на нары только потому, что мы угрохали единственного, кто мог бы нам рассказать, куда он спрятал фото и видео нашего путешествия с мертвецом.
- Черт! – по тону Миши стало понятно, что он об этом не подумал. Странно, я всегда думала, что он более… расчетлив.
- Наверное, его нужно связать, - раздался голос Никиты, - а еще, самое время увидеть лицо нашего приятеля.
Мы переглянулись, словно решая между собой, кому должна выпасть эта честь, но в силу того, что Никита был занят, удерживая меня, Мишка склонился над бесчувственным типом, и, сняв собственный пояс, связал тому сзади руки. Недолго помедлив, он поднес руку к пропитавшейся кровью вязаной маске и поднял ее с лица мужчины.
Никита нервно усмехнулся, крепче прижимая меня к себе. Мишка, прищурившись посмотрел мне в глаза. А я отвернулась, понимая, что стала жертвой какого-то дьявольского обмана и мистификации. Это не мог быть он. Просто не мог! Я в это не верю.
Я стояла в душе, подставив лицо мощной струе воды. Мне пришлось отклонить предложение Никиты и Михаила, искренне желающих помочь. Забота о друге, конечно, похвальна, но я бы не хотела, чтобы меня кто-то видел голой. И речь идет не только о природной скромности. В конце концов, в наших отношениях должна остаться некая недосказанность.