- Здравствуй! Почему ты так долго не звонила?
- Всего пару дней, – сквозь слезы улыбнулась я.
- Я скучал. Как бы мне хотелось быть сейчас рядом с тобой.
Не дай Бог – пронеслось у меня в голове, и, подавив желание всхлипнуть, я заговорила спокойно, словно не было этих минут, навсегда изменивших мою жизнь.
- Ты не поверишь – здесь чудесно! Солнце, песок и бескрайние просторы океана. Как родители?
- В порядке. Отец мне плешь проел за то, что я отпустил тебя так далеко одну.
- Передай, что я очень скучаю. И скоро приеду.
- Я буду ждать, - в голосе мужчины было столько любви и нежности, что я все-таки не выдержала, и перед тем как нажать отбой тихо произнесла:
- Я очень тебя люблю.
Мишка ворвался в комнату совершенно неожиданно, заставив меня вскрикнуть от страха:
- Слава Богу, ты жива, - пробормотал он, крепко прижимая к себе, - когда ты позвонила и сказала, что он сбежал, а потом бросила трубку, я успел передумать все, что угодно.
- И что я вижу – дверь в твою комнату открыта, ты совершенно спокойна! С ума сошла? А если он вернется?
- Он не вернется, – криво улыбнулась я, - по крайней мере, пока не вернется.
- Ты не пострадала? Он ничего тебе не сделал? – в Мишкином голосе было столько заботы, что мне пришлось взять себя в руки, чтобы не раскиснуть окончательно.
- Все произошло так быстро… Я не смогла понять, когда именно он смог освободиться. А потом он отшвырнул меня с дороги и убежал. Но все же, я смогла его серьезно ранить.
- Молодец, малышка! Я всегда знал, что на тебя можно положиться. Что же, будем осторожны. Если он ранен серьезно, вряд ли ему придет в голову что-то предпринимать. И нам останется лишь выследить, где он мог залечь. И на этот раз никаких церемоний.
- Вы что-то нашли в его квартире? – перебила я поток Мишкиной речи.
- Нет, - покачал он головой, - этот мерзавец надежно прячет свои козыри. Но думаю, если он умрет, никто уже ни о чем не узнает. Вряд ли фотографии могут где-то всплыть.
Наверное, в тот момент мне следовало бы рассказать, кем на самом деле был наш бывший пленник, но я смолчала, ненавидя себя за это. Я приехала сюда не только ради дружеской встречи. А, значит, имела полное право придержать информацию для себя. У меня было немного времени, и я надеялась использовать его с пользой.
Мишка вышел из комнаты, а я подняла растерянный взгляд на Никиту. Он стоял, прислонившись к косяку двери, не сводя с меня глаз. Когда я, не сдержавшись, отвернулась, он подошел ко мне поближе и, опустившись на одно колено, слегка коснулся рукой моих волос, и, видя, что я невольно отшатнулась, тут же убрал руку:
- Прости, что меня не было рядом, – тихо произнес он.
- Ты бы не смог мне помочь, - выдавила я, борясь со слезами.
- Возможно, но я бы сделал все, чтобы тебя защитить, и сейчас не чувствовал себя такой скотиной, - сказал он и вышел, тихонько претворив за собой дверь.
Я легла на кровать, завернувшись с головой в одеяло. Когда-то в детстве это помогало спрятаться от чудовищ, которые жили у меня в шкафу. Вот только старый детский прием не мог бы меня спасти теперь. К сожалению, те чудовища, которых я знаю, могут легко проникнуть под одеяло. Я долго не могла заснуть - тревожные события прошлых дней и того, что произошло несколько часов назад, не давали мне просто закрыть глаза и отрешиться от всего.
И все-таки я уснула, попав во власть долгих, непрекращающихся кошмаров. Открыв глаза через несколько часов, когда в окне стояла непроглядная темнота, а до рассвета было еще далеко, я села на постели, и, обхватив колени руками, зарыдала.
- Я вспомнила! Боже! Я все вспомнила, - шептала я в темноту.
Глава 25
Остаток ночи я провела без сна, лежа с открытыми глазами, боясь, что стоит мне заснуть, и я снова все забуду. К счастью или нет, но мои опасения оказались напрасными. Когда я услышала внизу шум, и решилась встать, голова, на удивление была ясной
- Доброе утро! – как можно бодрее поприветствовал меня Никита.
- Привет, - с улыбкой ответила я, - как спалось?