Выбрать главу

— Где ты?

Пахнуло ревностью. Абсурд. Денис знал, как Лана переживает смерть подруги и её отца и как вымоталась за это время.

— Дома. Лежу книгу читаю, про красивую любовь, про преданных мужчин. Знаешь, сказка для взрослых девочек. Особенно то, что касается преданных. Ты таких героев встречал в своём окружении? — кусалась она, уязвлённая его недоверием.

— Ладно, — миролюбиво добавил он. — Хотел услышать твой голос. Я соскучился. Люблю тебя.

—Я тоже люблю тебя. Завтра уже увидимся.

— Целую.

— Спокойной ночи.

От разговора с Денисом ей стало только хуже. Это трудно объяснить, но чем дольше они встречались, тем сильнее Лана ревновала его к семье. Одна мысль о том, что он занимается «этим» с кем-то ещё, выводила из равновесия.

—Дочь, кто тебе звонил? — Борис Сергеевич просунул голову в дверь. — Ты что от меня ухажёра скрываешь? Признавайся! — он просочился в комнату и уселся на кровать рядом с ней.

— Ну что ты глупости говоришь. Какой там ухажёр, — отмахнулась от него Лана, стараясь придать голосу лёгкие безразличные интонации. — Ирка звонила, — соврала она, прикрывая лживый взгляд длинными черными ресницами.

— Ну да! Я слышал, как ты ей в любви объяснилась и поцеловала на прощание. Хороша подруга, ничего не скажешь. — Отец шутливо дёрнул одеяло, пытаясь вытянуть дочь на свет божий из спасительного мрака.

На самом деле Борис Сергеевич до смерти мечтал о том мгновении, когда передаст свою «строптивую» принцессу в надёжные руки доброго принца и когда эта парочка сможет произвести на свет не менее двух хорошеньких малышей, с которыми он сможет возиться целыми днями, заботливо собирая в слюнявчики их вечно текущие сопельки. Только вот дочка явно спешить не собиралась, чванливо рассуждая о тяготах семейной жизни, с которой на её вольную головушку обрушится воз новых и довольно неприятных обязанностей.

— Папа, — пропела Лана в ответ, показываясь из-под одеяла, — я уже взрослая девочка. Если я что-то не рассказываю, значит так надо. Ясно?! — Не дожидаясь ответа отца, который и так был ей понятен, она зарылась лицом в подушке, пряча пылающие, словно красные знамёна, щеки.

Ну и в самом деле, что она могла рассказать из своей любовной истории отцу, чтобы не сгореть от стыда? О первых нескольких часах свидания, которые они провели с Денисом, прогуливаясь по уютным, дышащим вековой историей Питерским улочкам. О том, что последовало за прогулкой, она даже Ирке рассказать не могла. Слишком стремительно, постыдно: животное желание, первый, попавшийся на пути хостел, пошарпанный номер с широкой кроватью и старый матрас с пружинами, одна из которых в самый неподходящий момент впилась в оголённый бок Дениса, нанеся серьёзное ранение, под песню, орущую по радио: «Я на тебе как на войне!».

— Лана, я вот и переживаю, что тебе, в твоём возрасте, уже о замужестве думать надо, да о детках, — отец с ослиным упорством гнул заданную траекторию, не собираясь уступать.

— Папа, тебе напомнить, сколько лет было тебе самому, когда на свет появилась я?

— Да что ты сравниваешь! Бабий век короток. Мужику что? Ему не рожать. А у тебя возраст критический. Всех хороших мальчишек разогнала своим диким нравом. Вот я и обрадовался, думаю, наверно новый ухажёр появился. Почему бы нас не познакомить?

Борис Сергеевич сорвал с переносицы очки и принялся лихорадочно натирать линзы, чтобы скрыть одолевавшее его волнение. Эта тема была, словно зыбучие пески: стоило начать и остановится уже невозможно.

— Нет у меня ухажёра! Понятно! — Лана начала злиться. Вот с отцом так всегда. Вкусный ужин, коньячок время от времени, разговор по душам, а потом хвать железной хваткой за горло, да и давай из неё вытрясать желание на обустройство собственного гнезда. — Не хочу разговаривать на эту тему! — Лана упрямо сложила руки на груди и с вызовом посмотрела на отца, — и не буду! — для пущей убедительности добавила она, показывая твёрдость заявленных намерений.

Борис Сергеевич вернул очки на переносицу, потом снял их снова, покрутил в руках, и вновь закинул обратно. Его родительская интуиция просто кричала, требуя дожать эту тему до победного конца, и он попытался вновь:

—Дорогая моя, я просто очень хочу, чтобы твоя жизнь сложилась правильно и счастливо…