— Папа не сердись. Дело возникло очень срочное и совершенно внезапно! Денис просил извиниться перед тобой.
— Ну конечно, — насмешливо хмыкнул Николай Игнатьевич, — Мне заняться более не чем, только ожидать своего сверхзанятого зятя! А извинения я бы хотел услышать лично от него! И вообще, хватит его выгораживать, я ведь не слепой дочь и прекрасно вижу, что на цветущую от любви женщину ты совершенно не тянешь! Исхудала! Одни кости торчат! И глаза, словно у побитой собаки!
— Я всегда была худощавая, как и мама. Стремительно теряю в весе от любых физических или психологических нагрузок! А сейчас все разом навалилось. Бизнес, где нужен глаз да глаз, семья — всё это изматывает!
Отец был очень проницательным человеком, и обмануть его было невероятно сложно. Встретившись с ним взглядом, она поняла — он не поверил. Но посвящать его в семейные неурядицы она не собиралась, во всяком случае, пока не испробовала все варианты воздействия на своего любвеобильного супруга. Николай Игнатьевич — оружие, которое она решила пока попридержать.
— Бизнес, — рассмеялся отец. — Это, дорогуша, не бизнес! Так, дуракаваляние! И спуск денег в унитаз!
—Но…— попыталась встрять Алла, и умолкла, заметив повелительный жест отца.
— Не перебивай меня. Я закончу свою мысль. Так вот, у твоей матери бизнес, у мужа тоже, а торговать шмотками на мой взгляд не столь великое дело, из-за которого стоит гробить здоровье. Зачем тебе эта головная боль?! Ты можешь позволить себе не работать! Занимайся сыном, в конце-то концов!
— Папа, это не просто шмотки, это дорогая одежда ведущих итальянских дизайнеров! — густо покраснев, разозлилась Алла. — Мне большого труда стоило наладить прямые поставки из Италии, а ты говоришь бросить! Это моё детище и мне нравится то, чем я занимаюсь!
Неизвестно чем бы окончился столь жаркий спор, скорее всего слезами Аллы, но в этот момент с радостными воплями ворвался человечек, которому в этой семье никто противостоять не мог.
—Дедуля! — взвизгнул малыш, запрыгивая на руки счастливому деду.
— Кто к нам пришёл! — игриво щипнув внука за пухлую щёчку, поинтересовался Николай Игнатьевич. — Это мой сладенький котёночек!
— Ты мне купил машинку? — серьёзным голосом спросил малыш.
Николай Игнатьевич всегда держал своё слово и конечно внука давно ждал долгожданный подарок, но деду захотелось немного подразнить маленького сорванца.
— Ой, — шутливым тоном воскликнул Николай Игнатьевич, — голова дырявая, забыл.
Прикрывая ладошкой губы, Алла тихо хихикнула.
Вот только Артёму было не до смеха. В силу столь юного возраста он поверил деду и, насупившись, в точности так же как он, когда сердился, наградил по заслугам:
— Вот придурок!
Круглое лицо Николай Игнатьевича вытянулось настолько, насколько это было возможно. Перепуганная Алла старательно отводила глаза, не рискуя сталкиваться с его возмущенным взглядом. Внук, считая себя незаслуженно обиженным, тем временем брыкался у деда в руках, пытаясь высвободиться.
— Уму непостижимо! — взревел оскорблённый дед, легонько встряхивая маленького наглеца. — Артём, так нельзя разговаривать с дедушкой! Нельзя!
Артем побледнел и испуганно вытаращился на деда. На помощь подоспела мать. Алла выхватила сынишку у отца, поставила перед собой и принялась гневно отчитывать. В этот момент на пороге кабинета появилась Жанна Аркадьевна. В считанные секунды, оценив взглядом обстановку, она принялась за супруга, пытаясь убедить, что обижаться на четырёхлетнего ребёнка глупо. Скрестив руки на груди, Николай Игнатьевич с каменным лицом слушал жену и вдруг заметил, что к нему, с виноватым видом приближается внук.
—Дедушка, прости меня, пожалуйста. — Послышались всхлипывания. Огромные хрустальные слезы полились из глаз малыша. — Я больше не буду говорить на тебя плохие слова.
— Плохие слова вообще говорить нельзя! Ни на дедушку, ни на бабушку, ни на маму с папой, — подключилась к процессу воспитания Жанна Аркадьевна. — Ты ведь воспитанный мальчик?
Посмотрев на бабушку, Артём кивнул своей темной головкой и, потупившись в пол, разрыдался.
— Ладно, не плачь. Дедушка больше не сердится, — Николай Игнатьевич поцеловал малыша в залитое слезами лицо и ласково потрепал по головке. — Мы с бабушкой приготовили для тебя сюрприз, — с этими словами он протянул внуку обещанный подарок, который заранее припрятал за высоким фикусом в кабинете.